Книга III. Пантагрюэль. Глава XX

О том, как Козий Нос знаками отвечает Панургу. Позвали Козий Нос, и на другой

После того отвел его к Пантагрюэлю и в присутствии его камергеров сделал такой знак: он долго зевал и, зевая, несколько раз изображал перед раскрытым ртом большим пальцем правой руки фигуру греческой буквы, называющейся Таи. После того поднял глаза к небу и ворочал ими в голове, как коза, несчастно рожающая, и при этом кашлял и глубоко вздыхал.

он подтверждает нам, числом пять, что вы женитесь и не только будете женихом, и обвенчанным мужем, но и действительным сожителем своей жены. Ибо Пифагор считал число пять числом брачным, обозначающим действительный, состоявшийся брак, и по этой причине оно состоит из трех, числа нечетнаго • и лишняго, и двух, перваго четнаго числа и соединеннаго воедино, как муж и жена. В Риме, во время оно, в день свадьбы зажигали пять восковых свечей, ни больше, ни меньше, была ли то самая богатая свадьба или самая бедная. Мало того, в древния времена язычники молились пяти богам или одному богу приносили пять жертв: Юпитеру nuptialis; Юноне, богине браков; Венере, богине красоты; Пифо, богине красноречия, и Диане, помогающей женщинам в родах. — Ого!—вскричалъПанург,милейший Козий Нос! Я подарю ему мызу около Синая и ветряную мельницу в Мирабеле. В эту минуту немой чихнул очень громко, от чего все тело его содрогнулось, при чем он отвернулся влево. — Чёрт побери,—сказал Пантагрюэль. Это что такое? Это плохой для вас знак. Это обозначает, что ваш брак будет несчастен и неблагополучен. По учению Терпсия, чихание—это сократический демон, и если чихнуть направо, то это означает, что смело и с уверенностью можно приступить к задуманному делу и оно увенчается успехом и удачей; если же чихнуть налево, то наоборот. — Вы все принимаете в худую сторону,—сказалъПанург,—ивсепророчите худое, точно второй Давус х). Я вам не верю и убежден, что старый дурак Терпсий все врет.

только что, об этом во второй книге De diviiiatione. Затем он повернулся к Козьему Носу и сделал следующий знак: он поднял ресницы вверх, стал вертеть челюстью справа налево и высунул язык до половины изо рта. После того, раскрыв левую руку, за исключением большого пальца, который он прижал к ладони, он приложил ее к штанам, правую сжал в кулак, за исключением мизинца, который просунул под правую мышку и приставил к спине, к тому месту, которое арабы называют al katim Д. Затем внезапно переменил руки и правую положил на место левой к штанам, а левую к al katim. И эту смену рук повторил девять раз. После девятаго придал нормальное положение ресницам, а также челюстям и языку, потом взглянул на Козий Нос, двигая губами, как это делают обезьяны, когда отдыхают, и кролики, когда жуют траву. Вслед затем Козий Нос поднял в воздухе раскрытую правую руку, просунул большой палец до перваго сустава между третьим суставом безъимяннаго и средняго пальца, которые он крепко сжал вокруг большого пальца, в то время как остальные суставы прижал к кулаку и вытянул указательный палец и мизинец. И руку, которой он придал такую форму, он положил на пупок Панургу, непрерывно двигая большим пальцем, а рукой упираясь на мизинец и указательный палец, как на две ножки. Таким образом он провел этой рукой постепенно по животу, желудку, груди и шее Панурга; затем по подбородку и вложил ему большой палец в рот, потом потер ему им нос и, добравшись до глаз, сделал вид, как будто хочет их

от него; но Козий Нос продолжал трогать большим пальцем то его глаза, то лоб, то шапку. Наконец, Панург вскричал: — Клянусь Богом, шут ты гороховый, я тебя исколочу, если ты не оставишь меня в покое! Если ты не перестанешь меня сердить, я изобью твою мерзкую рожу. — Он глух,—заметил брат Жан. Он не слышит, что ты ему говоришь, мразь! Дай ему знать это пощечинами по морде. —- Что хочет, чёрт возьми, сказать этот болван? Он мне чуть глаза не выдавил. Ей-Богу, da jii- randi, я его накормлю оплеухами, пополам со щелчками. И повернулся, чтобы уйти. Немой, видя, что Панург уходит, забежал вперед, остановил его насильно и сделал такой знак: опустил правую руку к колену, вытянув ее сколько мог, сжав все пальцы в кулак и просунув мизинец между большим и указательным пальцами. Затем левой рукой стал тереть повыше локтя правой руки и во время этого трения тихонько приподнимал руку на воздухе до локтя и внезапно опускал ее; потом с некоторыми промежутками поднимал и опускал ее и показывал Панургу. Панург, рассердясь на это, занес кулак, чтобы ударить немого, но из уважения к Пантагрюэлю, воздержался. — Вот,—сказал Пантагрюэль,— если уже знаки вас так сердят, то насколько сильнее вас будут сердить те вещи, на какия они указывают. Что правда, то правда. Немой утверждает и доказывает, что когда вы будете женаты, то будете рогоносцем, битым и. ограбленным. — Что я буду женат, с этим я согласен,—отвечал Панург,—но остальное отрицаю. И пришу вас