Книга III. Пантагрюэль. Глава V

О том, как Пантагрюэль ненавидел должников и заимодавцев. — Прекрасно,—отвечал Пантагрюэль,—и я нахожу, что вы хороший ри¬

18 ИНОСТРАННАЯ сколько не переубедите, и своим красноречием не заставите войти в долги. «Никаких долгов друг пред другом не несите, как только взаимно любите друг друга», говорит апостол. Вы закидали меня здесь прекрасными метафорами и живописными сравнениями, которыя мне очень понравились. Но уверяю вас, что если в городе появится нахальный обманщик, бесстыдный человек, бе- К гд. И-й. рущий в долг направо и налево, и если слава его ему предшествует, то вы увидите, что при его появлении граждане придут в такое же смятение и такой же ужас, как если бы живая чума появилась в нем и как ее встретил тианский философ

ЛИТЕРАТУРА Я не хочу, впрочем, сказать, что никогда не следует брать или давать взаймы. Нет такого богача, которому бы не приходилось никогда занимать. Нет такого бедняка, у котораго нельзя было бы иногда и позаимствоваться. Но дело стоит так, как указывает Платон в своих «Законах», когда говорит, что не следует позволять соседям черпать воду из своего колодца, прежде нежели удостоверишься, что они рыли землю на своей собственной земле и добрались до глины, не встретив источника воды: этот слой земли, будучи жирным, толстым, гладким и плотным, задерживает влагу и не легко ее испаряет. Так точно всегда и повсеместно будет большим стыдом занимать направо и налево, вместо того, чтобы работать и добывать деньги. И, по моему мнению, нужно давать взаймы только тогда, когда трудящийся человек не мог трудом ничего заработать или когда он внезапно лишился своего достояния. Но, как бы то ни было, кончим эти рассуждения, и отныне не заводите больше кредиторов. С прошлыми же я вам помогу расквитаться. — Самое меньшее, что я могу сделать,—сказал Панург,—это поблагодарить вас, и если благодарность должна быть соразмерна с намерениями благодетелей, то моя должна быть безконечна, неизменна, потому что любовь, какую ваша милость мне оказывает, превыше всякой оценки; она превосходит все весы, все числа, все меры, она безконечна, безгранична! Но если бы ее стали измерять размерами самаго благодеяния и удовольствием облагодетельствованнаго человека, то она оказалась бы довольно ничтожной. Вы оказы¬

достоинствам. Но, однако, оно не столь велико, как вы сами о нем думаете. Не это меня огорчает; не это мучит и тревожит. Но что я буду делать отныне, когда я расквитаюсь с долгами? Поверьте, что я буду в самом неловком положении в первые месяцы, потому что я не