LXXIX

На маврах всех сарацинские брони,

А у иных юшман проложен втрое.

На голове шелом из Сарагосы,

Меч при боку из вьенской стали доброй,

У всех у них валенсийские копья,

На них флажки — румяный, белый, желтый.

С мулов сошли и с лошадей дорожных.

Несутся вскачь на скакунах хороших.

Сияет день и ярко светит солнце.

Нету брони, чтоб не сверкала грозно.

Тысячи труб скликают рати к бою.

Слышен их шум до французского войска.

Рек Оливьер: «О, друг, будь осторожен:

От сарацин сраженья ждать мы можем».

Роланд в ответ: «Пошли нам это, боже.

За короля мы стоим на стороже.

Должен вассал пострадать за сеньора,

Должен терпеть и тяжкий жар, и холод,

Должен терять и волосы, и кожу.

Смотрите все: пусть каждый бьет, как может.

Песни дурной пускай о нас не сложат.

Их бой неправ, а наш угоден богу.

Дурной пример не будет мною подан».

Аой.