CXLVII

Роланд взглянул на лицо Оливьера:

Бледно оно и бесцветно и бело.

Ясная кровь ручьем бежит из тела/

Брызги летят, и земля заалела.

И молвил граф: «О, боже! что мне делать?

Сударь-собрат, на горе — ваша смелость!

Таких, как вы, не будет в мире целом.

О, сладкий край, навек осиротелый,

Без добрых слуг, разбитый, опустелый!

Большой урон наша рать претерпела».

При сих словах на лошади сомлел он.