CCLXVI

Вот ночь прошла, и ясный день явился.

В городе Карл все башни занял гридью»

Оставил там бойцов неодолимых,

Город хранить в государево имя.

Призвал король и рать свою и силу

И Брамимонду, полонянку-царицу

(Желает ей он добра, а не лиха).

Двинулись в путь с веселием и с кликом,

Прошли Нербону и с доблестью и с силой.

Подходит Карл к Борделе знаменитой

И на алтарь святого Северина

Рог возложил с казной неоценимой.

Видят его доселе пилигримы.

Вот на судах Жиронду переплыли

И вплоть до Бле Роланда проводили,

С ним Оливьер, побратим именитый,

И мудрый с ним герой-архиепископ.

Сеньоры спят в белоснежных гробницах,

В церкви хранит их прах Роман-святитель.

Их именам господним поручили.

Скачет король по горам и долинам.

Не отдыхал до Ахена-столицы,

Долго скакал, к своим хоромам прибыл.

Вон Карл сидит в дворце своем великом.

Шлет он послов своих тиунов кликать.

Саксов зовет, баварцев, лотарингцев,

К бургундцам шлет, к алеманам и фризам,

К бретонцам всем, нормандцам, пуатвинцам.

Франков призвал, мудрейших меж другими.

Встал Гуенелон перед судом правдивым.