CXLIX

Зрит Оливьер, что смерть его настигла.

Глубоко в лоб глаза его ввалились.

Слух потерял и ничего не видит.

Сходит с коня и на землю ложится.

За разом раз «мой тяжкий грех» твердит он,

Длани сложил и руки к небу вскинул.

Молит Творца, чтоб в рай его он принял,

Чтоб Карла спас и сладкий край родимый,

А раньше всех Роланда-побратима.

Сердце зашлось, и шлем с главы свалился.

Телом своим совсем к земле приник он.

Скончался граф, он эту жизнь покинул.

Роланд-барон рыдает и крушится.

Никто вовек не знал такой кручины.