CXXXIII

В большой тоске и в горе граф Роланд

И в муке злой трубит в свой Олифант,

Ясная кровь стекает по устам,

Треснула кость с натуги на висках.

И громкий звук разносится стократ.

Услышал Карл у тех Испанских врат.

Слышит и Найм и вся франкская рать.

Молвил король: «Я слышу Олифант.

Не будь бёды, не трубил бы Роланд».

Рек Гуенелон: «Какая там беда?

Уж вы старик, и голова седа.

Слышу от вас я детские слова.

Знаете вы: своенравен Роланд

(Как может бог терпеть его грехам?).

Ведь Нопль он взял и не сказался вам.

Вышли па бой дружины басурман,

Но их разбил лихой вассал Роланд.

Вымыть весь луг он приказал тогда,

Чтоб эта кровь исчезла без следа.

Теперь трубит за зайцем по лесам,

Иль средь своих он хвастается там,

Что нет бойца, что б на него напал.

Чего ж стоять? Велим итти полкам.

К Большой Земле дорога далека».

Аой.