XXXV

Вступились тут властели и вельможи,

И царь опять уселся на престоле.

Рек алгалиф: «Вы сделали негоже,

Что на посла замахнулись вы дротом.

Внимать ему и слушать вам пристойно».

Рек Гуенелон: «Я снесть обиду должен.

Но не стерплю ни за груды сокровищ,

За злато все, что бог на свете создал,

Чтоб не изречь, пока язык есть в горле,

Все то, что Карл, король высокомощный,

Велел сказать врагу-недоброхоту».

Шуба на нем из соболей заморских

Покрыта вся александрийским шелком.

Сбросил он мех; Бланкандрин его поднял,

Только с мечом расстаться граф не хочет.

Правой рукой эфес зажал он грозно.

Мавры рекли: «Вот рыцарь благородный».

Аой.