VI. Пустынножительство Преподобного

По уходе Игумена, Преподобный Сергий, живя в пустыне совершенно один, без людей, упражнялся в пустыниых занятиях. И кто может высказать его труды, или кто в соетоянш передать подвиги, понесенные им в одиночестве пустынном? Нет возможности передать, с каким трудом душевным и с какою заботливостию полагал он начало своей отшельнической жизни. Все то немалое время, которое твердая и святая та душа пребывала в этом пустынном лесу, без сумнения претерпевая удаление от всякого человека, он неупуетительно исполнял и уставь иноческого правила, соблюдая его непорочно, беспреткновенио и безупречно. Какой ум постигнет, или который язык может высказат его сильное желание, его первоначальную теплоту любви к Богу и его тайных добродетсией исправление? Кто

может ясно описать его одиночество и при этом дерзяовение, его воздыхания, и прошения, и всегдашнее моление, которое он постоянно приносил Богу, —горячия слезы, плачь душевный, стенания сердечныя, бдения всенощныя, пение трезвенное, молитвы непрестанный, стояния без отдыха, чтение прилежное, коленопреклонения чаотыя, голод, жажду, простертия на земли, нищету духовную, скудость во всем, во всем недостаток, чего ни хватись— ничего нет; ко всему этому—бееовекия полчища, видимыя и невидимыя брани, борьбы, сллетения, демонския етрахования, дьявольекия навождения, пустыниые страхи, ожидание внезапных бедетвгй, неожиданных ветречь со зверями и евирепого их нападения. Какое нужно было при всем этом иметь бесстрашие души и небоязнениость сердца, чтобы не ужасаться умом по причине всех этих вражеских козней, их мучительных приражений и воздействий? И зверей множество часто тогда приходило к нему, нстолько ночью, но и днем; то выли и ревели етаи волков, то приходили медведи.

Преподобный Сергий сначала, как человек, хотя бывало и испугается, но потом тотчас принимался за молитву и, вооружась ею, пребывал по милости Божией невредим от них; звери уходили от него, не причинив ему никакого вреда. По началу, когда место это только еще начинало устроивагься, тогда Преподобный Сергий претерпел много огорчений и скорбей и от бесов, и от зверей, и от гадов. Но благодать Божия хранила его, и ничто от этого к нему не прикоснулось и не повредило ему. И пуеть никто этому не удивляется, зная наверно, что когда в каком человеке живет Бог и почивает Дух Святой, то все ему покорно, как и сначала первозданному Адаму, до преступления заповеди Божией, когда он так-же жил один в пустыне, все было покорно.