ПОД ЗОНТИКОМ

Глава 23 (ориг. XLVI)

Профессор Баэр несколько недель бывал у Марчей почти ежедневно, а потом внезапно не пришёл три дня подряд.

Джо старалась вести себя равнодушно. На первый день решила, что он занят. На второй — что ему нездоровится. На третий придумала уже десяток причин, из которых самая неприятная заключалась в том, что он просто уехал.

Ей нужно было сделать покупки в городе. Джо отправилась с необычайной готовностью, выбрала маршрут, проходивший возле мест, где мог оказаться профессор, и строго запретила себе признавать, что кого-то ищет.

Начался дождь.

Она стояла у витрины, размышляя, покупать ли дешёвый зонтик, когда услышала знакомый голос.

— Мисс Марч!

Баэр появился словно в ответ на мысль, большой, мокрый и счастливый её видеть. Его старый зонтик был не слишком широк, но он немедленно раскрыл его над Джо.

Они пошли вместе.

Никогда ещё покупки не занимали столько времени. Джо внезапно вспомнила десяток лавок. Профессор охотно носил свёртки. Дождь усиливался, улицы становились грязными, но обоим казалось, что день удивительно хорош.

Наконец Баэр сообщил то, чего Джо боялась.

— Моё дело здесь закончено. Я получил место преподавателя на Западе. Там платят достаточно хорошо. Я скоро уезжаю.

Джо остановилась.

— На Запад? Далеко?

— Довольно далеко.

— И надолго?

— Возможно, на несколько лет.

Она попыталась сказать что-нибудь разумное: что это хорошая возможность, что он заслуживает успеха. Вместо этого почувствовала, как глаза наполняются слезами.

Баэр увидел.

— Джо… вам жаль, что я уезжаю?

Теперь уже невозможно было спрятаться за шутками.

— Конечно жаль. Очень.

Профессор остановился под зонтиком, который дождь уже почти победил.

— Я думал, что не имею права просить вас ждать. Я беден. У меня нет дома, который мог бы предложить вам. Я старше вас. Но если вам действительно будет меня не хватать…

Джо посмотрела на него.

— Будет.

Баэр заговорил по-немецки от волнения, потом спохватился и вернулся к английскому. Он сказал, что полюбил её ещё в Нью-Йорке; что приехал не только по делам; что всё это время пытался понять, есть ли у него надежда.

— Фридрих, — сказала Джо, впервые назвав его по имени, — почему же вы не спросили раньше?

Это было практически ответом.

Он хотел взять её руки, но одна была занята свёртками, другая держала край зонтика. Улица была мокрой, рядом проезжали экипажи, романтической декорации не существовало.

И всё-таки Джо никогда не мечтала о лучшем признании.

— Я люблю вас, — сказал Баэр просто.

— И я вас.

На этом сложнейшая часть оказалась закончена.

Они продолжили путь, тесно прижавшись под старым зонтом. Будущее оставалось неопределённым. Баэру всё ещё нужно было ехать работать; свадьба не могла состояться немедленно; денег было мало.

Но Джо чувствовала удивительное спокойствие. Она не теряла свободу, как когда-то боялась. Напротив, рядом шёл человек, который любил именно ту Джо, которая пишет, спорит, работает, ошибается и не умеет изображать светскую героиню.

Когда они дошли до дома, Марми взглянула на мокрые лица и поняла всё раньше, чем дочь успела заговорить.

А старый зонтик, под которым двое людей наконец сказали правду, приобрёл в семейной истории почётное место рядом с пригоревшим желе Мэг и другими предметами, ставшими памятниками важным урокам.