Глава 14. Полина

– Ну, котеночек? – расплываясь в широкой улыбке, мурлыкает Анжела. – Смотри, какую я из тебя красотку сделала. Полдня колдовала.

Я с кривым лицом наблюдаю за тем, как она откладывает кисть для макияжа и тяжело вздыхаю.

– Ты чего? – вопрошает женщина. – Волнуешься? Ничего страшного. Я тоже волновалась в свой первый раз. Правда, мне пятнадцать было. Моего первого парня звали Вованя. О, какой он был. Закачаешься. Высокий, в татуировках весь, только из тюрьмы вышел. Горячий, мы с ним из постели не вылезали. Он сосед мой был, по бараку. Потом его посадили снова, а я ребенка родила и на панель пошла. А че мне еще оставалось?

– А ребенка куда дели? – выпучиваю глаза.

– В дом малютки определила! – легкомысленно пожав плечами, заявляет жрица любви. На вид ей лет сорок, образ соответствующий. Короткая юбка и сиськи вываливаются из декольте. Неужели, на это кто-то ведется? – Сейчас уж тридцать моему сыночку.

– Он с Вами живет?

– Женя? – хохочет Анжела. – Нет, конечно. Усыновили его, и увезли. Знать не знаю, где.

– Не хотели его найти?

– Зачем? У него своя жизнь, у меня своя. Я давно с любовью за деньги завязала. Выучилась вот на визажиста, маникюр-педикюр. Сережа меня в салон устроил работать. Не жалуюсь. Деньги хорошие. А ты не боись, Белка. Девка ты красивая, дай бог, мужик нормальный купит. Не извращенец. Хотя. Кто себе целок за несколько лямов покупает? Извращенец и есть.

С этими словами они складывает косметику в чемоданчик и мерзко жжет. Я смотрюсь на себя в зеркало. Выгляжу как проститутка. Глаза ярко накрашены, губы вызывающе алые. На мне надето красное платье с вырезом, а из волос она соорудила мне две косички с бантиками. На туфли смотреть страшно, у стриптизерш каблуки ниже. Действительно, в таком виде меня захочет купить только извращенец. Богатый извращенец.

– Да, совет от меня. Бесплатный. Разговаривай с ним. Как можно дольше. Тем самым отсрочишь неприятное. Скорее всего, хрен у него будет вялый и маленький. Радуйся, если помоет. Сосать немытый член – то еще удовольствие. И не улыбайся широко. Некоторые это не любят. Я доулыбалась, дура. Зубы выбили.

Посылает мне воздушный поцелуй и покидает мою обитель. Вот и приехали, Полина Тихонова. Ты просто в полнейшей заднице. От безвыходности мне хочется реветь, и я сползаю на пол вниз по стулу. В этот момент дверь в комнату открывается и ко мне заходит глухонемая Ольга. На подносе стоит стакан с какой-то жидкостью, который она с улыбкой мне протягивает.

Я отрицательно качаю головой, а она сердится. Показывает мне жестами, чтобы я пила, иначе меня застрелят. Я громко стону в потолок и делаю глоток, а потом еще, и еще.

Настроение резко приподнимается, а тревожность отходит на второй план. Наоборот, я в предвкушении того, что меня ожидает. Накидываю на себя шубку и усаживаюсь на край кровати. Ощущения странные. Мне ужасно хочется танцевать и веселиться. Краешком сознания начинаю догадываться, что мне явно что-то подмешали в стакан и уже было собираюсь доплестись до унитаза, чтобы вызвать рвоту, как меня забирает Рудольф.

– Ох, ни хрена из тебя соску сделали! – присвистывает он, прокатываясь взглядом по моему образу. – Погнали.

– Нравлюсь? – непроизвольно произносит мой язык, а затем я начинаю томно смеяться. Что это за смех вообще? У меня никогда такого не было. Он какой-то … вызывающий, что ли?

Рудик удивленно на меня посматривает, и прихватив за локоть, тянет за собой.

– Не вздумай бежать, Белка! Застрелю!

– Ты чего? – снова смеюсь как дура. – На этих копытах? Да я иду еле-еле.

Передвигаться мне и вправду сложно, но, поддерживаемая мужчиной, я волшебным образом ковыляю к выходу. Ноябрь стоит в самом разгаре. Морозный воздух мгновенно проникает по короткое платье, отчего я слегка ежусь. Надеюсь на то, что мой разум прояснится на свежем воздухе, но не тут-то было.

Меня усаживают в тонированный автомобиль и надевают повязку на глаза.

– Руки давай, – слышу приказ. – Браслеты надену.

Ощущаю касание чего-то мягкого к своим кистям, а затем звук звякающего металла.

– Наручники? – спрашиваю с придыханием. Меня с головой накрывает возбуждение. Вообще, я несколько раз смотрела порно, чтобы примерно понимать, что меня ждет во взрослой жизни. На одном из видео девушку пристегивали наручниками к кровати, а затем трахали. Она стонала и визжала о удовольствия, и мне сейчас хочется того же. Это одновременно страшит и будоражит. – К чему вы меня пристегнете?

– Ну ты и шлюха, Белка! – ржет Рудик. – Говорил же, клейма ставить негде. У Лиса чуйка на таких баб. На все готовых ради денег.

Слышу звук закрывающейся двери, рев мотора, а затем мы плавно трогаемся с места. В салоне играет музыка, и я начинаю двигаться в такт. Извиваюсь как змея, меня это ужасно заводит.

– Осади, пантера! – рычит водитель, и резко выключает радио. – Покажешь свои навыки чуть позже.

Я обиженно плюхаюсь на место, и дальше мы едем в полной тишине. Клуб оказывается недалеко, потому что совсем скоро машина останавливается, меня снова тащат за собой, по теплому воздуху понимаю, что мы вошли в какое-то помещение. В нос проникает запах коньяка и дорогого парфюма. На всю жизнь запомню эту ядерную смесь.

– Куда ты меня тащишь? – спрашиваю Рудольфа, перебирая за ним ногами.

– У тебя выход через десять минут, – отвечает он. – Еще в порядок надо привести.

Наконец, мы поднимаемся по каким-то ступенькам, и с меня снимают повязку. Я осматриваюсь по сторонам и понимаю, что мы находимся на какой-то сцене. Посередине стоит золотая клетка и мягкий диванчик, обитый красным бархатом. Такая пошлятина, но мне это безумно нравится.

– В туалет хочешь?

– Нет! – хихикаю. – Пить хочу.

– Шампанское будешь?

– Конечно, милый!

Что я несу вообще?

– Эй! – кричит Рудик какой-то девицу в белой рубашке и черных брюках. – Шампусика плесни нашей Белке.

Девушка кивает, и спустя мгновение материализуется рядом со мной. Я беру у нее бокал на высокой ножке, в котором плещется игристое и жадно пью. Ледяное, вкусное, божественное.

– Ну-ну! – предупредительно рычит Рудольф. – Не налегай. Иди!

– Куда?

– В клетку, Белочка! Господа уже заждались!

Я послушно киваю и, покачиваясь, шагаю к странной конструкции. Усаживаюсь на мягкий диванчик, и соблазнительно закидываю ногу на ногу. Рудольф довольно крякает, пожирая меня взглядом, а затем закрывает дверцу на ключик и отдает той же девушке.

– Эй! – кричу я. – Я тут надолго?

– Не! – хохочет он. – Такую соску быстро купят! Будь умничкой.

Скрывается из моего поля зрения, и в этот момент тяжелые бордовые портьеры раздвигаются. Громко звучит торжественная музыка и ярко светят софиты. Я чуть прищуриваюсь, пытаясь разглядеть, что там в темном зале. Здравый смысл кричит, что мне конец. А измененное сознание убеждает в обратном. Все будет хорошо. Мне понравится. Я ведь такая красивая и молодая. Со мной не может случиться ничего страшного.

За столами в деловых костюмах сидят мужчины. Много мужчин. Разных возрастов и комплекций. Курят, пьют и с вожделением смотрят на меня. Сегодня они здесь собрались ради дорогого подарка. Им всем нужна Белочка.