Действие 2. Сцена II

Здорово, приятель. Здешний ты?

Здешний.

Где бы лошадей поставить?

Сюда, в лужу.

Пожалуйста, будь другом, скажи!

Я тебе вовсе не друг!

Очень я забочусь о твоей дружбе!

Попадешься мне в руки, так позаботишься.

За что ты лаешься? Я тебя не знаю.

Зато я тебя знаю!

Ну, кто ж я такой?

Ты бездельник, подлец, лизоблюд, трус, наглец, оборвыш, состав из

канальи, попрошайки и шельмы, мерзавец, которого я заморю под палкой, если

он осмелится отречься хоть от одного из этих названий!

Что ты за негодяй такой в самом деле! За что ты лаешься на того, кто

тебя не знает и кого ты сам не знаешь?

Как, бесстыдная ты рожа, смеешь говорить мне, что не знаешь меня? А кто

тебя третьего дня сбил с ног и поколотил на славу, да еще при самом короле?

Меч наголо, мерзавец. Нужды нет, что теперь ночь - луна светит. Я тебя

изрублю в бифштекс, подлая образина!

Пошел вон! Нечего мне делать с тобою.

Вынимай меч, мерзавец! Ты привез письмо, направленное против короля: ты

смеешь вносить раздор между отцом и дочерью! Я тебя искрошу на мелкие части.

Рубись, бездельник!

Разбой, разбой! Помогите!

Рубись, мерзкая тварь! Защищайся, трус негодный! (Бьет его).

Помогите! Разбой! Разбой!

Что это? Что за ссора? Я вас!

Подходи, подходи, молокосос! Я к вашим услугам.

Мечи наголо! В чем дело?

Остановитесь! Первый, кто посмеет

Нанесть удар, за то заплатит жизнью!

В чем дело?

Это гонцы от сестры и короля.

В чем причина вашей ссоры? Отвечайте!

Я едва перевожу дух, милорд!

Мало я тебе задал гонки, трус проклятый. Сама природа отопрется от

тебя: видно, портной стачал тебя.

Вот чудак! Портной стачал человека!

Конечно, портной: ни каменщик, ни маляр не смастерили бы такого дурака,

хотя бы и проработали над ним ночи.

В чем дело?

Вот этот старый буян, которого я пощадил за его седую бороду…

Ах ты бездельник! Ах ты жалкое отродье! Ты пощадил мою седую бороду?

Да я тебя истолку в прах! Да я тебя…

Знаешь ли, где ты? Молчать, бездельник!

Я знаю, сэр; но знайте, что и гнев

Свои права имеет.

Ты за что

Взбесился так?

За то, что этот плут

Имеет меч, а чести не имеет.

Я знаю этих ласковых мерзавцев,

Льстецов-прихвостников, проклятых крыс,

Всегда готовых перегрызть узлы,

Которых не распутать человеку,

Святых связей не чуждому. Я знаю,

Как эти плуты вертятся по ветру

И льстят, и ссорят, и в огонь льют масло,

И рабски угождают, и, как псы,

Бегут за господами. Пусть чума

Им вцепится в бессмысленные хари!

Что? Речь моя смешна? Эх, гуси, гуси!

Погнал бы я вас.

Ты с ума сошел,

Старик!

Из-за чего вся ваша ссора?

Из-за того, что этот мерзкий плут

Противен мне до смерти.

Что ж он сделал?

С чего он плут?

Его лицо мне гадко.

Быть может, гадко и мое, и гадки

Вот эти лица?

Сэр, всегда я правды

Любил держаться, оттого и должен

Сказать вам, что в былые времена

Видал я лица много лучше лиц,

Чем те, что здесь теперь передо мною.

Я вижу, он из тех людей, которых

Раз стоит похвалить за прямоту,

Чтобы они за грубость принялись

По хитрому расчету. Лгать и льстить

Не может он - честна его природа.

Он прост и прям; пусть верят иль не верят,

Он правду говорит; он простодушен.

Таких плутов я знаю: под личиной

Их простоты укрыто больше зла

И вредных хитростей, чем может скрыться

У двадцати низкопоклонных слуг

Иль самых раболепных.

Сэр, без лести,

С соизволенья дивных совершенств,

Вас красящих, как огненный венец,

Что на челе сверкающего Феба…

Да что ты хочешь сказать?

Хочу отучиться от речи, которая вам не по вкусу. Не льстец я, сэр. Кто

вас надувал грубыми речами, был грубый плут; а грубым плутом быть я не хочу,

хоть бы вы сами того от меня запросили.

Ты чем его обидел?

Я? Ничем.

Недавно господин его, случайно

Прогневавшись, меня ударить вздумал.

Он был при нем и, льстя его досаде,

Мне за спину зашел, сбил с ног меня,

Бессовестно ругался надо мною

И благодарность короля за то

Он получил, как будто бы за подвиг.

И вот теперь, опять меня увидев,

Возобновить опять он хочет буйство.

Послушай только труса и мерзавца

И выйдет, что храбрей Аякса он!

Эй, люди, принести сюда колодки!

Ты, старый плут, буян велеречивый,

Научишься…

Сэр, поздно мне учиться.

Не требуйте колодок. Я на службе

У короля и им же к вам я послан.

Не слишком государя вы почтите,

А оскорбите очень, заковавши

Его гонца.

Эй, подавай колодки!

До полдня продержу тебя я в них,

Клянуся честию.

До полдня только?

Нет, до ночи и ночь всю.

Как, миледи?

Когда б собакой вашего отца

Я был, вы не должны б так поступать

Со мной.

Ты хуже, чем собака!

Из тех он, видно, буйных челядинцев,

Которых описала нам сестра.

Ну, что ж колодки?

Благородный герцог,

Прошу я вас, не делайте того:

Он виноват; но пусть его накажет

Король и господин его. Таким

Постыдным наказаньям подвергают

Одних рабов презренных за покражу

И низкие вины - и горько будет

То королю, и сам он оскорбится

Обидою гонцу.

Я здесь в ответе!

Сестра скорее может оскорбиться,

Что ею посланный слуга обижен,

Обруган в доме у меня. В колодки!

Кента сажают в колодки.

Пойдемте, герцог!

Жаль тебя, приятель!

Так хочет герцог, а с его приказом -

То знает свет - нельзя шутить и спорить.

Я за тебя похлопочу.

Нет, сэр,

Не хлопочите, сделайте мне милость!

Я мало спал, трудна была дорога;

Так я сперва посплю, а после буду

Свистать себе. Я знаю, что Фортуна

Непостоянна к добрякам. Прощайте.

Не прав наш герцог: быть беде большой!

Мой добрый государь, пришлось тебе

Бежать огня и в полымя попасться!

Придвинься ж ты, фонарь земного шара,

Чтоб при твоем приятном свете мог я

Прочесть посланье это. Лишь средь горя

Нам чудеса являются. Я знаю,

Что от Корделии оно. Известно

Ей, где скрываюсь я. Известно также

Ей наше горе тяжкое. Но скоро

Наступит лучшая пора. Устал я.

Усталые отяжелели веки;

Закроем же глаза, чтоб не глядеть

На этот мерзкий дом. Вернись еще

И улыбнись, Фортуна! Доброй ночи!