Действие 4. Сцена VII

Мой добрый Кент, скажи, какой ценой

Я заплачу за все твои заслуги?

Жизнь коротка моя и средства малы.

Я оценен царицей, и с избытком

Я награжден за все. В словах моих

Я был правдив и скромен.

Дни печали

Мне твой наряд напомнил: скинь его,

Оденься, как велит твой сан.

Прошу я

У вашего величества прощенья.

Меня узнать здесь могут - и покуда

Я умоляю для сокрытой цели,

Чтоб вы меня не узнавали даже.

Пусть будет так, мой добрый лорд.

Скажи мне,

Каков король?

Еще он не проснулся.

О небеса благие!

Пошлите исцеленье тяжким ранам,

Восстановите силы, защитите

Отца, от горя ставшего младенцем!

Он долго спал, и если королеве

Угодно, то разбудим мы больного.

Не мне решать; как приказал твой разум,

Так поступай теперь. Одет король?

Да, государыня; во время сна

Его переодели.

Королева,

При нем быть надо. Уверяю я,

Что он спокоен будет.

Хорошо.

Поближе, государыня!

палатке.)

Играйте!

Сильней, сильней!

Отец! Отец мой милый!

Пускай уста мои передадут

Тебе здоровье с поцелуем этим!

Пускай они залечат злую скорбь,

Что сестры нанесли тебе под старость!

О, милая и кроткая царица!

Когда б ты не был их отцом, на жалость

Твои седины вызвать их могли бы

Неужли эта голова встречала

И буйный ветер, и удары грома?

Неужели над нею, беззащитной,

Змеились молний стрелы, и всю ночь

Без крова оставался старец бедный?

Собака моего врага - собака,

Кусавшая меня, в такую ночь

Стояла бы у моего огня. А ты,

Отец мой бедный, в эту ночь был должен

Искать убежища в соломе смятой,

В норе, с плутами, свиньями. О боги!

Как жизнь его с умом не отлетела?

Лир просыпается.

Должно

Вам, государыня, с ним говорить.

Здоров ли мой великий повелитель?

Как чувствует себя король?

Зачем меня

Из гроба вынули? Ты - ангел светлый!

Но я прикован к огненному кругу,

И плачу я, и эти слезы жгутся

Так, как свинец растопленный.

Узнали

Меня вы, государь?

Тебя я знаю:

Ты - светлый дух. Давно ты умерла?

О горе! Бредит он.

Еще проснуться

Он не успел вполне.

Где был я? Где я?

Как ясен день! Обманываюсь я?

Мне тяжко было б видеть человека

Таким, как я. Что говорить - не знаю.

Вот эти руки, кажется, мои,

Я чувствую, что колется булавка -

И все не верю.

Государь, взгляните

Вы на меня; соедините руки

С благословеньем надо мною.

Нет,

Зачем хотите вы склонить колени?

Прошу тебя: не смейся надо мною!

Я беззащитный, глупый старичишка;

За восемьдесят лет мне, и едва ли

Я в полном разуме, сказать по правде:

Тебя я будто знаю, и его

Я тоже знаю.

Думается мне

О том, где я. И платье это также

Взялось откуда? Где я спал всю ночь -

Опять не знаю. Все-таки не смейтесь:

Мне кажется, как будто эта леди -

Дитя мое, Корделия.

Я! Я!!

Дай мне коснуться глаз твоих. То - слезы,

Да, слезы… О, прошу тебя, не плачь.

Дай яду мне, коли он здесь: я выпью.

Не любишь ты меня. Я без причины

Твоими сестрами был оскорблен,

Но у тебя причина есть.

Нет, нет!

Нет, нет причины!

Где же я, скажите!

Во Франции?

Нет, в вашем государстве.

Зачем неправду говорить?

Утешьтесь,

О кроткая царица! Исступленье,

Как видите, прошло; но есть опасность

В воспоминаниях о прошлом горе.

Возьмите короля с собой и дайте

Ему опомниться.

Мой государь,

Угодно вам пройтись?

Да-да, с тобою.

Прости и прошлое забудь. Я стар и глуп.

Ужели правда, что Корнуэльский герцог

Лишился жизни?

Это достоверно.

Но кто ж ведет войска?

Эдмунд, как слышно,

Сын Глостера побочный.

А Эдгар,

Законный сын его, при графе Кенте,

В Германии?

Изменчива молва.

Не до того нам. Герцогов войска

Будет бой - и тяжкий!

Прощайте же.

Теперь мне ждать недолго:

Беды ли, счастья ль - битва то решит.