Действие II

Сехизмундо просыпается во дворце в роскошной одежде. Ему сообщают, что он сын Басилио и законный принц Польши. Внезапный переход из многолетнего заключения к абсолютной власти вызывает в нём ярость. Он обвиняет всех в несправедливости и считает, что теперь вправе делать всё, что захочет.

Сехизмундо конфликтует с придворными, угрожает Клотальдо, грубо обращается с Астольфо и, разгневавшись на слугу, выбрасывает его с балкона. Басилио видит в этом подтверждение пророчества и предупреждает сына, что даже во сне нужно поступать достойно.

Во дворце находится и Росаура, теперь под именем Астреи служащая Эстрелье. Астольфо носит на груди портрет Росауры, что вызывает ревность Эстрельи. Она поручает Астрее получить у него портрет. Так любовная линия пересекается с историей Сехизмундо.

Увидев Росауру, Сехизмундо испытывает сильное чувство и пытается воспользоваться властью, чтобы удержать её. Клотальдо защищает девушку, и Сехизмундо едва не убивает его. Астольфо вмешивается. Поведение принца всё сильнее подтверждает страхи Басилио.

Король решает прекратить испытание. Сехизмундо снова дают снотворное и переносят в башню. Проснувшись в цепях, он не может понять, что было реальностью. Клотальдо объясняет ему, будто дворец и власть ему приснились.

Сехизмундо вспоминает яркость пережитого и приходит к мысли, что, возможно, вся человеческая жизнь подобна сну. Король во сне остаётся королём, богач — богачом, бедняк — бедняком, но пробуждение уравнивает всех. Даже если жизнь — сон, человек отвечает за то, как ведёт себя внутри этого сна.

Знаменитый монолог заканчивается формулой: жизнь — сон, а сны — сны. Но этот вывод не ведёт героя к бездействию. Напротив, он становится началом внутреннего изменения: если всё непрочно, необходимо научиться властвовать над собой.