Вместо интуиции и чувства — бытовая линия

После крупных успехов театр начинает повторять найденные внешние средства. Там, где раньше возникали интуиция и живая внутренняя жизнь, появляются тщательно сделанные бытовые подробности. Станиславский замечает, что метод, однажды давший правду, превращается в привычную форму. Это вызывает новый творческий кризис.