Действие третье

Лица:

Негина .

Домна Пантелевна .

Великатов .

Бакин .

Мелузов .

Нароков .

Вася .

Трагик .

Матрена , кухарка Негиной.

Явление I

Матрена, потом Домна Пантелевна.

Мелузов .Матрена (у двери). Кто там?

За сценой голос Домны Пантелевны: «Это я, Матрена!»

Мелузов .Сейчас отпираю.

Входит Домна Пантелевна.

Мелузов .Киатра-то разошлась?

Домна Пантелевна . Нет еще, не совсем, с полчаса пройдет. Я нарочно пораньше; надо чай приготовить. Саша приедет, так чтобы ей не дожидаться. Самовар-то готов у тебя?

Матрена . Развела, гляди, зашумит скоро.

Домна Пантелевна . А зашумит, так прикрой.

Матрена . Что его прикрывать-то! Наш самовар и зашумит, так не скоро кипеть-то сберется; уж он поет-поет на разные голоса, надсажается-надсажается, а все толку мало; а раздувать примешься, так он хуже, ровно тебе на смех. У меня с ним брани немало бывает.

Домна Пантелевна . Измучилась я в театре-то; жара, духота, радехонька, что выкатилась.

Матрена . Да, вестимо, летнее дело в четырех стенах сидеть, а народу, поди, много?

Домна Пантелевна . Полнехонек театр, как есть; кажется, яблоку упасть негде.

Матрена . Ишь ты! Чай, в ладоши-то трепали-трепали?

Домна Пантелевна . Всего было. Поди-ка погляди самовар-то да сбери в ее комнате! Постой-ка, кто-то подъехал. Саше бы еще рано.

Матрена отворяет дверь, входит Великатов. Матрена уходит.

Явление II

Домна Пантелевна и Великатов.

Великатов . Здравствуйте, Домна Пантелевна!

Домна Пантелевна . Здравствуйте, Иван Семеныч! Что это вы вздумали…

Великатов . Дело есть, Домна Пантелевна.

Домна Пантелевна . Так до завтра бы. А то поздно, неловко как-то, у нас об эту пору мужчины не бывают.

Великатов . Не беспокойтесь, Домна Пантелевна, я Александру Николавну дожидаться не стану; а про нас с вами никто дурного не скажет.

Домна Пантелевна . Ах вы, проказник!…

Великатов . Стало быть, тетенька, вам и опасаться нечего.

Домна Пантелевна . Да какая я вам тетенька?

Великатов . А что ж, разве бы я в племянники вам не годился?

Домна Пантелевна . Да уж чего еще лучше! Совсем молодец, поискать этакого красавца!

Великатов . А я вам, Домна Пантелевна, деньги привез за бенефис.

Домна Пантелевна . Вот благодарю, вот уж покорно благодарю! Самое это для нас нужное, самое необходимое; потому, Иван Семеныч, первое дело: долги. Как без них проживешь? Возможно ли?

Великатов . Невозможно, Домна Пантелевна.

Домна Пантелевна . Все мы люди.

Великатов . Все человеки, Домна Пантелевна.

Домна Пантелевна . Они, долги-то, у нас хотя и маленькие, а все-таки, ежели который человек с совестью, так беспокойство.

Великатов . Беспокойство, Домна Пантелевна, беспокойство. (Передавая пакет с деньгами.) Вот, отдайте Александре Николавне.

Домна Пантелевна . Благодарны, оченно вами благодарны, Иван Семеныч! Чаю не прикажете ли?

Великатов . Покорно благодарю; не могу, увольте от чаю, Домна Пантелевна! Как-то в душу ничего нейдет, особенно чай; так все словно тоска какая-то, Домна Пантелевна, все словно я не в себе.

Домна Пантелевна . Пахондрия.

Великатов . Действительно, Домна Пантелевна, пахондрия.

Домна Пантелевна . Денег много, а дела нет, вот она и привяжется.

Великатов . Как раз угадали; от этого от самого.

Домна Пантелевна . А то отчего ж бы вам тосковать-то.

Великатов . Это точно, что не от чего. А тоскую, Домна Пантелевна, вот и мечешься на ярмарке-то из трактира в трактир. Поверите ли, вот уж другую неделю все два раза в день пьян… Так думаю, Домна Пантелевна: либо это на меня напущено, либо уж богу так угодно.

Домна Пантелевна . Одиночество.

Великатов . Одиночество, Домна Пантелевна; золотые ваши слова; и разговору больше нет, что одиночество.

Домна Пантелевна . Изберите подругу жизни!

Великатов . Где взять прикажете?

Домна Пантелевна . Женитесь, возьмите барышню хорошую; за вас всякая пойдет, хоша бы самого высокого роду.

Великатов . Боюсь, тетенька.

Домна Пантелевна . Что вы, помилуйте, чего бояться, что тут страшного?

Великатов . Скучнее станет.

Домна Пантелевна . Ах, нет, это вы напрасно. Как же можно! Совсем разница женатый человек, нежели холостой.

Великатов . На фортепианах они очень любят играть; а я этого терпеть не могу.

Домна Пантелевна . Все-таки музыка. Ну, а холостому какое удовольствие? Окромя, что выпить с приятелями, никакой ему другой радости нет в жизни.

Великатов . А хозяйство, Домна Пантелевна? Как вы об этом скажете?

Домна Пантелевна . Ну, конечно, ежели кто хозяйство свое ведет…

Великатов . За мной этот грех водится. У меня в деревне домик хороший, комнат в сорок, лошадей довольно, садик разведен чуть не на версту, с беседками, с прудами…

Домна Пантелевна . Значит, все заведение вполне, как следует быть у хорошего помещика?

Великатов . Все вполне, Домна Пантелевна. Коли скучно, выдешь на крыльцо, индейские петухи по двору ходят, все белые.

Домна Пантелевна . Белые! Ах, скажите, пожалуйста!

Великатов . Закричишь им: «Здорово, ребята!» Они тебе отвечают: «Здравия желаем, ваше благородие!»

Домна Пантелевна . Приучены?

Великатов . Приучены. Ну, и утешаешься. По крышам, по заборам павлины сидят, хвосты-то на солнышке так и играют.

Домна Пантелевна . И павлины? Ах, батюшки мои!

Великатов . Выдешь в парк погулять, по озеру лебеди плавают, всё парочками, всё парочками, Домна Пантелевна.

Домна Пантелевна . Да неужто лебеди? Вот рай-то! Хоть бы глазком взглянула.

Мелузов .Великатов (взглянув на часы) Так мы хорошо, приятно с вами, тетенька, разговорились, что расставаться не хочется; поговорил бы и еще, да некогда, извините, дело есть.

Домна Пантелевна . Уж и я бы поговорила, такой вы для меня приятный… Этакого милого, обходительного человека я и в жизнь не видывала…

Великатов . От бенефиса вашего я, Домна Пантелевна, деньги нажил, так позвольте вам подарочек предложить. (Уходит в переднюю и выносит сверток в бумаге и подает Домне Пантелевне.)

Домна Пантелевна . Что же это такое?

Великатов . Платочек.

Мелузов .Домна Пантелевна (развернув бумагу) Да какой платочек, помилуйте — скажите, это целая шаль, я сроду такой и не нашивала. Да сколько ж она стоит-то?

Великатов . Не знаю, мне даром досталась, у купца у знакомого взял по-приятельски.

Домна Пантелевна . Батюшка, да за что же это? Право, уж я и не знаю, что мне… Да уж я вас поцелую, уж позвольте, родной мой… душа моя не вытерпит.

Великатов . Сделайте одолжение, сколько вам угодно.

Домна Пантелевна целует его.

Мелузов .Прощайте! Александре Николавне засвидетельствуйте мое почтение. Может быть, не увидимся. (Уходит.)

Домна Пантелевна провожает его в переднюю, потом возвращается.

Домна Пантелевна . Откуда этакие люди берутся! Батюшки мои! (Надевает платок.) Да я его и не сниму теперь. (Смотрит в зеркало.) Барыня, ну как есть барыня! Вот человек-то! А то что у нас за люди! Не глядели б глаза мои на них. Ведь вот есть же люди. (Прислушивается.) Кто там еще?

Входит Нароков с венками и букетами.

Явление III

Домна Пантелевна и Нароков.

Нароков . Вот бери, на! Вот лавры твоей дочери! Гордись!

Домна Пантелевна . Эка невидаль! Куда нам эти веники-то! На что они!

Нароков . Невежество! Эти венки — знак восторга, знак признательности таланту за счастие, которое он доставляет. Лавры — это диплом на почет, на уважение.

Домна Пантелевна . Сколько небось истрачено на этот хворост! Лучше бы деньгами. Деньгам-то уж мы бы место нашли, а этот ворох… куда его? В печку, только и всего.

Нароков . Деньги-то ты проживешь, а это у тебя всегда на память останется.

Домна Пантелевна . Ну да, как же, нужно очень всякий хлам беречь! Нынче же за окно выкину. Ты вот смотри! (Показывает ему шаль и поворачивается перед ним.) Вот это подарок! Мило, прелестно, деликатно.

Нароков . Ну, всякому свое, я тебе не завидую; вот дочери твоей завидую. Я себе несколько листиков на память возьму. (Отрывает несколько листков.)

Домна Пантелевна . Да хоть все бери, не заплáчу.

Нароков (вынимает из кармана лист бумаги) . А вот это передай Александре Николавне.

Домна Пантелевна . Что еще? Записка от кого-нибудь? Уж и так надоели с этими глупостями.

Нароков . Это от меня… это стихи… И я в Аркадии родился.

Домна Пантелевна . Где, Прокофьич, где?

Нароков . Далеко: ты там не бывала и не будешь никогда. (Показывает Домне Пантелевне стихи свои.) Вот видишь, бордюрчик: незабудки, анютины глазки, васильки, колосья. Видишь вот: пчелка сидит, бабочка летает… Я целую неделю рисовал.

Домна Пантелевна . Так ты бы сам и отдал.

Нароков . Стыдно. Вот смотри! (Указывает на свою голову.) Седая, лысая! А тут чувства молодые, свежие, юношеские, вот и стыдно. Вот, отдай! Да только ты не брось! Ведь ты грубая женщина, в тебе чувства нет. Для вас, грубых людей, удовольствие бросить, растоптать ногами все нежное, все изящное.

Домна Пантелевна . Да ну тебя! Ишь ты какой чувствительный. Не всем таким быть. Вот положи на стол; она приедет и увидит.

Мелузов .Нароков (кладет бумагу на стол) Да, я чувствительный. Прощай! (Уходит.)

Домна Пантелевна . Вот сумасшедший-то! А ничего, добрый, я его не боюсь. Другие хуже чудят: кто посуду бьет, кто на людей мечется, кусается; а этот смирный. Подъехал кто-то. Вот Саша, должно быть. (Идет к двери.)

Входит Негина с букетом и коробочкой в руках.

Явление IV

Домна Пантелевна и Негина.

Мелузов .Негина (кладет букет и коробочку на стол) Ох, устала! (Садится у стола.)

Домна Пантелевна . Извозчика-то отпустить?

Негина . Нет, зачем! Я вот отдохну, да прокатиться поедемте, подышать свежим воздухом. Еще не поздно. Ведь он на весь вечер нанят.

Домна Пантелевна . И то, что ж, пусть подождет, не задаром же деньги-то платить!

Негина . Что это на вас за шаль?

Домна Пантелевна . Великатов подарил; от бенефиста, говорит, деньги нажил. А что, хороша?

Негина . Отличная шаль, дорогая.

Домна Пантелевна . Он говорит, что даром досталась.

Негина . Верьте вы ему! Он все так говорит. Так он был здесь?

Домна Пантелевна . Да, заезжал и деньги привез.

Негина . Что ж он со мной не повидался?

Домна Пантелевна . Не знаю, торопится куда-то, уж не уезжает ли.

Негина . Может быть. Какой он странный, не поймешь его никак. (Задумчиво.) А вот этакий мужчина, кабы захотел, кажется, сразу мог бы увлечь женщину.

Домна Пантелевна . Ну, да что уж толковать! Да и не осудишь женщину-то. Как ее осудить! Сердце-то не камень: а таких молодцов немного, пожалуй, другого-то такого и всю жизнь не встретишь. Смиренничай да смиренничай — и проживешь всю жизнь так, ни за что; и вспомянуть будет нечем. Он мне про свою усадьбу рассказывал. Какое у него хозяйство диковинное!

Негина . Что ж мудреного; он очень богат.

Домна Пантелевна . Ты чаю не хочешь ли?

Негина . Нет, погодите немного. (Взглянув на стол.) А это что такое?

Домна Пантелевна . Это Прокофьич принес тебе на знак памяти.

Мелузов .Негина (рассматривая бумагу). Ах, как мило! Какой он добрый, милый старик!

Домна Пантелевна . Да, добрый, хороший человек; да вот опанкрутился и свихнулся. Ну, как же мы с тобой теперь об деньгах рассудим?

Негина . Что рассуждать-то! Прежде всего надо долги заплатить, а что останется, на то и жить.

Домна Пантелевна . Да немного останется-то, не разживешься.

Негина . Да, теперь труднее будет, без жалованья-то. А куда поедешь, кого я знаю? Опять же гардеробу у меня нет.

Домна Пантелевна . Сотни две, а то и полторы, больше не останется, вот ты их и повертывай, как знаешь. Надо на них все лето прожить. По три денежки в день, куда хочешь, туда день. Осенью-то нас в Москву зовут, там актрисы нужны стали.

Негина . Бросить разве сцену да выйти замуж, — так Петр Егорыч еще места не нашел. Кабы работать что-нибудь.

Домна Пантелевна . Ну вот еще, бросить сцену! Ты вот в один день получила, чего в три года не выработаешь.

Негина . Много мы получаем, да и проживать много надо.

Домна Пантелевна . Эх, как ни кинь, Саша, а все жизнь-то наша с тобой не сладка. Уж, признаться сказать, надоело нищенство-то.

Негина . Надоело… да… надоело… Я думала, думала, да уж и думать перестала. Ну, утро вечера мудренее, завтра потолкуем.

Домна Пантелевна . Само собой: а теперь давай чай пить. (Прислушивается.) Кого еще бог несет?

Входит Бакин.

Явление V

Негина, Домна Пантелевна и Бакин.

Бакин . Я к вам чай пить, Александра Николавна!

Негина . Ах, извините, я не могу вас принять, я очень устала, мне надо отдохнуть, я хочу одна быть, успокоиться.

Бакин . Ну, полчаса, ну что такое полчаса!

Негина . Право, не могу, я так измучена.

Бакин . Ну, я зайду минут через десять или через четверть часа, вы успеете отдохнуть.

Негина . Нет, нет, сделайте одолжение! Завтра приезжайте, ну когда хотите, только не сегодня.

Бакин . Александра Николавна, я как-то не люблю изменять свои намерения, мне всегда хочется исполнить то, что я задумал, и с моей настойчивостью мне удается.

Негина . Очень рада, что вам удается, но, извините, я вас оставлю, я очень устала.

Бакин . Ну, уходите, а я здесь останусь, в этой комнате, я вот на этом стуле всю ночь просижу.

Негина . Ну, перестаньте шутить! Довольно уж.

Бакин . Не верите? Так я вам докажу, я человек решительный.

Домна Пантелевна . И я, батюшка, женщина решительная, я ведь и караул закричу.

Мелузов .Бакин (Негиной) Послушайте, вы боитесь, что меня у вас застанет кто-нибудь?

Негина . Никого и ничего я не боюсь.

Бакин . Все ваши обожатели теперь ужинают в вокзале, и князь, и Великатов, и Смельская с ними, и просидят там до утра.

Негина . Да что мне за дело!

Бакин . А жених ваш спит, вероятно; да я и не верю, что вы его любите.

Негина . Ах, боже мой, это невыносимо! Я вас и не уверяю ни в чем.

Бакин . Вы его держите при себе только для защиты от ухаживанья, а понравится вам кто-нибудь, ведь вы его бросите, это всегда так бывает.

Негина . Ну, хорошо, хорошо.

Бакин . Вы уж очень разборчивы; чего вы дожидаетесь, какой благодати? Перед вами человек образованный, обеспеченный… Что я не ухаживаю за вами, не говорю нежностей, не объясняюсь в любви, так это не в моих правилах. Мы не дети, зачем нам притворяться! Будем говорить, как совершеннолетние.

Негина . Прощайте. (Уходит.)

Домна Пантелевна . Ну, батюшка, поговорили, да и будет. Пора людям покой дать! А то, коли хотите разговаривать, так говорите со мной, я за словом в карман не полезу.

Бакин (громко) . А я все-таки еще зайду. (Уходит.)

Домна Пантелевна . Запру сени, уж теперь никого не пущу, хоть умирай там. (Уходит.)

За сценой слышен крупный разговор. Выходит Негина.

Негина . Что там такое?

Входит Домна Пантелевна, Вася с бутылкой шампанского и трагик.

Явление VI

Негина, Домна Пантелевна, Вася и трагик.

Домна Пантелевна . Вот беспутные, право, беспутные! Насильно вломились, никаких резонтов не слушают.

Вася . Да нельзя, Домна Пантелевна, надо же за здоровье Александры Николавны выпить; уж миновать этого дела никак невозможно. А что ж такое! мы честно, благородно, со всем нашим уважением! Никакого безобразия, помилуйте!

Трагик . Еще бы! Коли я тут.

Негина . Да напрасно вы беспокоитесь, я пить не стану.

Вася . Это как вам угодно-с. Нам больше останется, мы и одни выпьем. (Кричит за перегородку.) Милая, умница, дай-ка стаканчиков!

Домна Пантелевна . Да давай уж, я откупорю. (Берет бутылку и уходит.)

Трагик (Негиной) . Ты говоришь, что пить не станешь; а вот я посмотрю, как ты у меня не выпьешь!

Вася . Неволить не надо-с.

Трагик . Я неволить не стану, я буду просить.

Выходит Домна Пантелевна, ставит бутылку и стаканы на стол.

Вася (наливает) . С вас и начинать, по старшинству-с.

Домна Пантелевна . Не знаю, пить ли, боюсь, захмелею.

Вася . А что ж такое! чего бояться-то? Дело к ночи-с. Хоть и захмелеете, не велика беда. Мы вот с ним этого не боимся.

Мелузов .Домна Пантелевна (берет стакан) Ну, Саша, поздравляю тебя! (Пьет.)

Вася .Вася (подносит стакан Негиной) Теперь позвольте вас просить.

Вася (подносит стакан Негиной) . Теперь позвольте вас просить.

Негина . Уж я сказала, что не буду пить.

Вася . Нельзя-с, за что ж обижать? Мы со всем расположением. Хоть половину-с!

Трагик (падая на колени.) . Саша, Александра! Ты смотри, кто тебя просит! Смотри, кто у ног твоих! Громилов, сам Ераст Громилов!

Негина . Ну, извольте, я немного выпью; только уж больше ни за что не стану. (Пьет.)

Вася (помогая трагику подняться) . Сколько угодно-с. (Берет стакан.) Остальное мы допьем и ваши мысли узнаем. (Наливает стаканы.) Теперь мы выпьем-с. (Подает стакан трагику.)

Трагик . Поздравляй за двоих, у меня сегодня красноречие не в порядке.

Вася . Честь имею поздравить-с с успехом-с. Сто лет жизни и миллион денег-с! (Чокаются с трагиком и пьют.)

Трагик (подавая стакан) . Наливай еще! (Вася наливает, трагик пьет.) Вся?

Вася (показывая бутылку) . Вся.

Трагик . Ну, поедем!

Вася (Негиной) . Прощенья просим! Пожалуйте ручку-с! Извините за невежество-с. Спасибо этому дому, теперь пойдем к другому.

Уходят.

Домна Пантелевна . Вот путаники! Точно их вихрем по городу-то носит. Теперь уж запру, одолели. (Уходит и скоро возвращается.)

Явление VII

Негина, Домна Пантелевна.

Домна Пантелевна . Ну, уж теперь давай чай пить!

Негина . Я выпью с удовольствием.

Домна Пантелевна (у перегородки) . Матрена, налей-ка нам по чашечке. (Негиной.) Дай-ка подарок-то!

Негина (подавая коробочку) . Да ведь вы видели, серьги и брошка.

Домна Пантелевна . Да я убрать хочу. Ведь тоже не малых денег стоит. (Прячет в карман.) Тем эти вещи хороши, приятны, что, случись нужда, сейчас и заложить можно. Не то что вот эти веники.

Матрена приносит две чашки чаю и уходит.

Негина (прихлебывая чай) . А какой мне букет Великатов поднес. Посмотрите!

Домна Пантелевна . Ну, что букет! букет как букет. Даром деньги брошены, я так считаю. (Пьет чай.)

Негина . Нет, вы посмотрите! Цветы все дорогие, и где он их взял?

Домна Пантелевна (рассматривая букет) . Да, хорош, уж нечего сказать. (Находит записку.) А это что ж такое?

Негина (читает про себя записку) . Ах, ах!

Домна Пантелевна . Что такое?

Негина (хватаясь за голову) . Ах, нет, погоди! У меня другая есть. А я и забыла. (Достает из кармана записку.) Это от Петра Егорыча, он мне на подъезде дал. (Читает про себя.)

Домна Пантелевна . Читай вслух! что еще за секреты от матери!

Негина (читает.) . «Да, милая Саша, искусство не вздор, я начинаю понимать это. Сегодня в игре твоей я нашел так много теплоты и искренности, что, просто тебе сказать, пришел в удивление. Я очень рад за тебя. Это редкие и дорогие качества души. После спектакля у тебя, вероятно, будет кто-нибудь; при твоих гостях я всегда чувствую что-то неприятное, не то смущение, не то досаду, и вообще мне как-то неловко. Все они смотрят на меня или враждебно, или с насмешкой, чего я, как ты сама знаешь, не заслуживаю. По всем этим соображениям я после театра к тебе не зайду, но если ты найдешь минуты две-три свободных, так выбеги в ваш садик, я там подожду тебя. Конечно, я мог бы зайти к тебе и завтра утром; но извини, душа полна через край, сердце хочет перелиться…» (Отирает слезы.)

Домна Пантелевна . Ну-ка, прочти другое-то!

Негина . Да нет, маменька, не нужно, стыдно!

Домна Пантелевна . Ну, вот еще, стыдно! Мало ли ты получаешь записок, которые читать стыдно, да ведь читаешь ты их мне.

Негина . Ну, мама, соберись с силами. (Читает.) «Я полюбил вас с первого взгляда. Видеть и слышать вас для меня невыразимое наслаждение. Извините, что я объясняюсь с вами на письме; по врожденной робости я никогда не осмелился бы передать вам мои чувства словами. Теперь мое счастье от вас зависит. А счастье мое, о котором я мечтаю, обожаемая Александра Николавна, вот какое: в моей усадьбе, в моем роскошном дворце, моих палатах есть молодая хозяйка, которой все поклоняется, все, начиная с меня, рабски повинуется. Так проходит лето. Осенью мы с очаровательной хозяйкой едем в один из южных городов, она вступает на сцену в театре, который совершенно зависит от меня, вступает с полным блеском; я наслаждаюсь и горжусь ее успехами. О дальнейшем я не мечтаю, поживем — увидим. Не сердитесь за мои мечты, мечтать каждому позволительно. Приговор мой я прочту завтра в ваших глазах, если вы меня примете; если же не примете, я с разбитым сердцем, но безропотно удалюсь, наказанный вашим презрением за мою дерзость. Ваш Великатов». (Сквозь слезы.) Мама, да что же это такое? Что он, противный, пишет? Кто ж это ему позволил?

Домна Пантелевна . Что позволил?

Негина . Да так… полюбить меня.

Домна Пантелевна . А разве на это спрашивается позволенье-то, глупая!

Негина . Так бы вот и убила его.

Молчание.

Домна Пантелевна (в задумчивости) . Лебеди… Лебеди, говорит, плавают на озере.

Негина . Ах, да что мне за дело!

Молчание.

Домна Пантелевна . Саша, Сашутка, ведь никогда еще мы с тобой серьезно не говорили; вот он серьез-то начинается. Живешь, бедствуешь, а тут богатство! Ах, батюшки мои, какая напасть? Вот соблазн-то, вот соблазн-то! Уж не дьявол ли он, прости господи, тут подвернулся? В самый-то вот раз… только что мы про свою нужду-то раздумывали. Ну, как есть дьявол. А уж что ласки-то в нем, что этой всякой добродетели! Да давай же говорить о деле-то серьезно, вертушка!

Негина . «Серьезно», об таком-то деле серьезно! Да за кого ж вы меня принимаете! Разве это «дело»? Ведь это позор! Ты помнишь, что он-то говорил, он, мой милый, мой Петя! Как тут думать, об чем думать, об чем разговаривать! А коли есть в тебе сомнение, так возьми что-нибудь, да и погадай!. Ведь я твоя. Чет или нечет, вот и конец. (Берет записку Мелузова.)

Домна Пантелевна . Да что ты! как я могу!… Это твое дело. Да сохрани меня господи! Да меня бог и люди…

Негина (дочитывает записку Мелузова) . «Но если ты найдешь минуты две-три свободных, так выбеги в ваш садик, я там подожду тебя». Ах, бедный, бедный! Как я его мало любила! Вот когда я чувствую, что люблю его всей душой. (Берет письмо Нарокова.) Ах, вот и это! И это надо сохранить на всю жизнь! Уж так меня никто любить не будет. Дайте-ка шаль! Я пойду.

Домна Пантелевна . Куда ты? куда ты? что ты!

Негина . Ах, отстаньте, не ваше дело!

Домна Пантелевна . Как не мое! Да и ты-то моя.

Негина . Ну, я ваша, что хотите со мной делайте; да душа у меня своя. Я к Пете. Ведь он меня любит, он меня жалеет, он нас с вами добру учил.

Домна Пантелевна . Да как же дело-то? Уж скажи что-нибудь!

Негина . Ах, дело, дело! Ну, завтра, завтра, оставим до завтра. А теперь не мешайте мне. Я теперь такая добрая, такая честная, какой никогда еще не была и, может быть, завтра уж не буду. На душе у меня теперь очень хорошо, очень честно, не надо этому мешать.

Домна Пантелевна . Ну, ну, как хочешь, как хочешь.

Негина (покрываясь шалью) . Я не знаю, может быть, сейчась ворочусь, может быть, до утра… Но чтоб ни словом, ни взглядом…

Домна Пантелевна . Да что ты, разве я не мать тебе, разве я не женщина! Не понимаю я нешто, что мешать тебе нельзя; души, что ль, у меня нет?

Негина . Ну, я иду.

Домна Пантелевна . Да постой, покройся хорошенько, не простудись! Эко сердце-то у тебя золотое. А я все-таки запирать не стану, буду чай пить да тебя поджидать.

Негина уходит. Домна Пантелевна уходит за перегородку. Сцена несколько времени пуста, потом входит Бакин.

Явление VIII

Бакин (один).

Бакин . Никого нет, и дверь не заперта, и какая-то тень проскользнула мимо меня — это она; но куда, к кому? Если к жениху, так незачем, он сюда может прийти. Вероятно, пошла погулять в сад, подышать свежим воздухом. Я ее здесь подожду; ну, не прогонит же она, все-таки позволит хоть с полчаса посидеть. Я подержал пари с Великатовым, что буду у ней чай пить и просижу до утра. Проиграть не хочется. Я хотел его уведомить, примет она меня или нет. А! так я вот что сделаю, я пошлю кучера сказать, что я здесь остался. Если прогонит, то я прошатаюсь где-нибудь до света. (Отворяет окно.)

В это время входят Мелузов и Негина, которая проходит за перегородку.

Иван, поезжай в вокзал, скажи, что я здесь остался.

Явление IX

Бакин и Мелузов.

Мелузов . Нет, вы не останетесь здесь. Велите кучеру подождать, вы сейчас выйдете! Что же вы? Ну, так я прикажу. (В окно.) Иван, останься! Барин сейчас выйдет.

Бакин . Какое право вы имеете распоряжаться в чужой квартире? Я вас не знаю и знать не хочу.

Мелузов . Нет, позвольте, зачем вы лжете? И лжете с дурным намерением. Вам хочется ославить девушку?

Бакин . «Ославить»? визит после театра разве значит «ославить»? Ну, что вы знаете!

Мелузов . Хорошо; да зачем посылать кучера объявлять, что вы здесь остались?

Бакин . Вы посетитель райка, разве вы можете понимать отношения между артистами и той публикой, которая занимает первые ряды кресел!

Мелузов . Я вот что понимаю: что вы, посетитель первого ряда кресел, уйдете отсюда, а я, посетитель райка, останусь здесь.

Бакин . Вы здесь останетесь?

Мелузов . Да, останусь.

Бакин . Вот это хорошо! По крайней мере, я сделал открытие, которым могу поделиться…

Мелузов .. С кем угодно.

Бакин . Впрочем, вы, может быть, сгоряча-то, немножко прихвастнули?

Мелузов . Нет, уж будьте покойны, я останусь.

Входит Негина, одетая в пальто.

Явление X

Бакин, Мелузов и Негина.

Негина (кладет Мелузову руку на плечо) . Да, он останется.

Мелузов . Ну, теперь сомнения ваши кончились, значит, вам остается только одно…

Негина . Удалиться.

Мелузов . И чем скорее, тем лучше.

Бакин . Лучше, лучше! Я сам знаю, что мне лучше.

Мелузов . Нет, не знаете, вы мне не дали договорить. Скорее уйти вам потому лучше, что можете уйти в дверь, а если долго будете собираться, тогда отправитесь в пространство посредством окна.

Негина (обнимая Мелузова) . Ах, милый!

Бакин . Ну, молодой человек, запомните вы это! (Уходит.)

Негина . Ах, милый Петя, голубчик мой, поедем сейчас кататься на всю ночь: лошади здесь.

Мелузов . Куда, Саша?

Негина . Куда хочешь, куда только тебе угодно, все, все в твоей воле вплоть до утра. Мама, прощай, запирай дверь! Мы едем.

Мелузов и Негина уходят.