24

Гвенди загорает на заднем дворе, слушая в плеере Боба Сигера и «Сильвер буллет бэнд». Миссис Питерсон выходит к ней со стаканом воды со льдом. Присев на краешек шезлонга, передает ей стакан.

– Как ты, солнышко?

Гвенди снимает наушники и отпивает глоток ледяной воды.

– У меня все хорошо. – Миссис Питерсон пристально смотрит на дочь. – Ладно, может, не все хорошо, но уже лучше.

– Я очень на это надеюсь. – Мама касается ноги Гвенди и легонько сжимает. – Ты знаешь, мы с папой всегда тебя выслушаем, если тебе вдруг захочется поговорить. О чем угодно.

– Я знаю.

– Просто ты такая тихая в последнее время. Мы за тебя беспокоимся.

– Я… Мне нужно о многом подумать.

– Ты так и не перезвонила мистеру Кепнесу?

Гвенди не отвечает, только трясет головой.

Миссис Питерсон встает с шезлонга.

– Главное, помни одно.

– Что именно?

– Потом станет легче, поверь. Так устроена жизнь.

Почти то же самое ей говорил папа Оливии. Гвенди надеется, что это правда, но у нее есть сомнения.

– Мама? – Миссис Питерсон останавливается и оборачивается к ней. – Я тебя люблю.