17

Гвенди щурится на ярком майском солнце, отцепляя велосипед от дерева. Ей даже в голову не приходило, что у здания Комитета ветеранов не окажется велосипедной стойки. С другой стороны, много ли ветеранов рассекают по Касл-Року на велосипедах?

Она хлопает себя по карману, чтобы убедиться, что конверт на месте, потом садится на велосипед и едет к выезду со стоянки. На полпути замечает Фрэнки Стоуна и Джимми Сайнса, которые бродят среди машин, дергают дверцы и заглядывают в окна. Кому-то сегодня не повезет: бедняга выйдет с выставки монет и марок и обнаружит, что его машину ограбили.

Гвенди крутит педали быстрее, но ускользнуть незамеченной не удается.

– Эй, сиськи торчком! – кричит Фрэнки ей вслед, потом мчится вперед и успевает ее обогнать. Преградив ей дорогу к выезду со стоянки, он машет руками: – Стой, стой, стой!

Гвенди приходится остановиться.

– Фрэнки, отстань от меня.

Он пыхтит, пытаясь отдышаться.

– Я просто хотел тебя кое о чем спросить.

– Ну так спрашивай и уйди с дороги. – Она озирается по сторонам, высматривая пути к отступлению.

Из-за припаркованной рядом машины выходит Джимми Сайнс. Он встает сбоку от Гвенди, скрестив руки на груди, и смотрит на Фрэнки.

– Сиськи торчком?

Фрэнки ухмыляется.

– Это та самая. Я тебе про нее говорил. – Он подходит вплотную к Гвенди и проводит пальцем по ее ноге снизу вверх. Она отталкивает его руку.

– Спрашивай, что хотел, и дай проехать.

– Да ладно тебе, что ты такая сердитая? – говорит Фрэнки. – Я просто переживал за твою сладкую задницу. Она у тебя напряженная, страшное дело. Наверное, срать неудобно? – Он снова хватает ее за ногу. Уже не пальцем, а всей рукой.

– Эти парни к вам пристают, мисс Гвенди?

Все трое оборачиваются на голос. Никто не заметил, как подошел Ленни.

– Исчезни, дедуля, – говорит Фрэнки, делая шаг к нему.

– Это вряд ли. Гвенди, у вас все в порядке?

– Теперь да. – Она срывается с места и едет к выходу. – Мне пора, а то на обед опоздаю. Спасибо!

Они смотрят ей вслед, потом Фрэнки и Джимми опять оборачиваются к Ленни.

– Ну что, дед? Двое на одного. Мой любимый расклад.

Ленни запускает руку в карман брюк и достает выкидной нож. На серебряной рукояти выгравированы два слова. Единственное изречение на латыни, которое понимают эти двое парней: Semper Fi [2]. Узловатые пальцы делают неуловимое движение, и шестидюймовое лезвие сверкает, отражая солнечный свет.

– Теперь двое на двое.

Фрэнки удирает, только пятки сверкают. Джимми не отстает.