Глава 10. Макар

Плачет моя девочка. Снова плачет. Волком смотрит, обида гложет ее. Я понимаю ее, ощущаю полным козлом, но ничего не поделать. Против системы не попрешь. Как там сказала Кира? Сделка с Дьяволом? Да, это именно она. Вячеслав Владимирович Вязовиков – истинное воплощение зла. Иногда, в темном кабинете, мне кажется, что у его тени появляются рога и хвост.

Вся моя карьера – благодаря ему. Я знал, что за все придется платить. Но цена оказалась слишком высокой, и мне пришлось ее заплатить. Нашей семьей.

Мы все равно будем вместе. Иначе – никак. Мы созданы друг для друга. Отчаянно цепляюсь за эту мысль, как ни странно, она меня воодушевляет и придает сил.

Положение дел мне не нравится. Кира постоянно сидит дома, выбираясь только на прием к гинекологу, на этом все. Несколько раз выходила прогуляться ненадолго, а затем снова домой. В гости она не ходит, редко появляется Саша. Артур дежурит каждый день, сообщая обо всех передвижениях. Порш Кайен она тоже ни разу не брала. Он уже пылью покрылся, ну и похуй.

Стою перед ней на коленях, запах в себя втягиваю. Вдыхаю на максимум, пытаясь наполниться до краев, запомнить. Столько гадостей наговорил ей, чтобы быстрее решение приняла, стыдно! Кира страдает, умирает внутренне, я причиняю ей столько боли, что самому страшно. Но все вернется сторицей.

Обещал ей звонить и писать каждый день, но моя девочка меня игнорит. Я пообщался с психологом из нашей группы, он заверил, что все в порядке. Пока идет стадия принятия, плюс беременные гормоны. Привыкнет, выдохнет и будет все хорошо. Я верю ему. Хочу верить.

С Лейлой мы познакомились почти год назад. Она приехала с отцом на открытие узла, соединяющего Урал и Бухару. Скользнув по мне заинтересованным взглядом, отвернулась. А на банкете получилось так, что нас усадили рядом. Завязался разговор. Лейла – девушка образованная и очень умная, искренне пыталась мне понравиться, но, увидев кольцо на правой руке, погрустнела.

Когда я вышел покурить, случайно обнаружил ее на балкончике. Она с кем-то говорила на английском по телефону на повышенных тонах, а в конце зло прокричала «Да пошел ты на хуй!», и бросила в трубку. Я оказался рядом, успокоил ее как мог, а она рыдала на моем плече. Рассказала о темнокожем парне, который обещал дождаться ее в Лондоне, а сам замутил с какой-то девахой. Так у нас с казашкой появился совместный секрет.

Когда я впервые услышал план, который для меня приготовили, орал как ненормальный, даже были мысли о суициде. Меня успокоили, и популярно объяснили, чем это чревато. Также недвусмысленно намекнули, что могут сделать так, что меня подставят и закроют за финансовые махинации лет на двадцать, а Кира будет сухари сушить и передачки таскать для меня. Разумеется, такой исход дела меня не устраивал, и я выбрал наименьшее из зол. Мир денег жесток, а мир больших денег – чрезвычайно жесток. Особенно, если дело касается жирного узла для транспортировки нефти. Миллиардные контракты.

Изображать с Лейлой счастливую пару чрезвычайно неприятно. Меня коробит от ее касаний, манеры одеваться и даже аромат духов раздражает невыносимо. С духами мы разобрались, вместе поехали, и купили нейтральные, чтобы нравились обоим. Она, наивная, не знает, что такими же духами пользуется моя Кирочка.

С Азатом все оказалось гораздо проще, чем я думал. Он уже начал беспокоиться о том, что его любимая Лейлочка не выходит замуж и с радостью согласился отдать ее за меня.

Слава богу, он довольно консервативен, и не приемлет проявления чувств, поэтому, мы не целуемся и не милуемся на публике. Максимум, я приобнимаю Лейлу или держу за руку. Меня к ней не тянет совершенно, словно сестра рядом.

Рядом с Кирой же планку срывает, я буквально растворяюсь в ней, ее запахе. Мне так много нужно ей всего рассказать, расспросить, но она закрыта для меня.

– Надолго ты приехал? – доносится до меня ее голос.

– На три дня, Кируся.

– Здесь будешь?

– Да. С тобой, моя хорошая.

– Почему не предупредил?

– Сюрприз хотел сделать, – улыбаюсь через силу. – Получилось?

– Еще какой! – выдавливает из себя. – Всем сюрпризам сюрприз.

– Пойдем, умоемся? Рассмотрю хоть тебя при свете! Животик какой большой стал. Жестокая ты, Кира. Ни одного фото мне не прислала за два месяца.

– Ты тоже не особо разбежался! – обиженно отвечает жена.

– Прости, мой Рай! Очень много работы!

– Ты с ней?

– Мы не спим вместе, не ночуем, и даже ни разу не целовались, Кира! Все в рамках договоренностей. Я отвечаю за свои слова! – твердо проговариваю. – Я понимаю, что это сложно, но не ревнуй. Целыми днями пропадаю в этой ебучей степи, меня продувает всеми ветрами, я постоянно мерзну!

Жена умывается и вытирает лицо. С жадностью рассматриваю округлившийся живот и налитые груди, которые соблазнительно очерчивает моя футболка.

– Скучала? – обнимаю ее со спины, жадно шарю ладонями по горячему телу. Кира немного поправилась, но ей это очень идет. Она вся такая уютная и домашняя. Светлые волосы заплетены в косу. Черный цвет волос Лейлы меня раздражает, но с этим ничего не поделаешь.

– Ни капли! – резко отвечает она, сбрасывает руки с себя и выходит из ванной. – Так дальше продолжаться не может, Макар. Мы расстаемся.

– Нет! – кричу в панике. – Ты – мой свет в конце тоннеля. Я сдохну без тебя, Кира!

Что-то шепчу, кричу, исступленно целую все, что попадается под мои губы. Держу в своих объятиях так сильно, словно боюсь, если отпущу – она исчезнет.

– Люблю тебя. Люблю, люблю, люблю!

Она всхлипывает, снова плачет и, наконец, обмякает в моих объятиях. Устала, моя девочка. И я очень устал. А еще все только начинается.