Глава 7. Город, который отказался

исчезнуть

Мэд не пошла за ним. Вито понял это не сразу. За дверью медицинского сектора не было ни шагов, ни голоса, ни изменения давления, которое выдало бы приближение другого человека. Раньше семь секунд заранее показали бы, войдёт она или останется рядом, повернёт к Каэлю или остановится в коридоре. Теперь существовала только закрытая дверь и всё, что Вито успел придумать по ту сторону. Он сел возле капсулы Адриана. Медицинская матрица работала почти бесшумно, лишь иногда меняя плотность света над грудью пациента. Адриан дышал сам. Левая рука не двигалась, лицо больше не перескакивало между возрастами, но именно это пугало сильнее: система наконец выбрала не лучшую версию, а тело, которое действительно осталось. Дара не называла срок. Она говорила о повреждении сердца, истощении нейронных узлов и необходимости длительного восстановления, словно перечисление отдельных рисков могло заменить ответ на вопрос, сколько времени у человека. Вито не спрашивал. После последних дней он начал понимать, почему точное число иногда становится новой формой власти. — Она не пришла, — сказал Адриан, не открывая глаз.

— Вы не спите?

— Сплю хуже, чем выгляжу.

— Это значительное достижение. Адриан слабо улыбнулся.

— Ты считаешь её шаги.

— Уже нет.

— Именно поэтому считаешь тишину. Вито посмотрел на него.

— Вы хотите поговорить о Мэд?

— Нет. Хочу отвлечь тебя от вопроса, на который ты всё равно пока не получишь ответ.

— Старый медицинский метод?

— Старый дружеский. Слово осталось между ними. Дружба существовала в теле Вито как узнавание интонации, в памяти — как чужие записи, а в настоящем — как благодарность человеку, которого он не мог простить и не хотел потерять.

— Федеральная группа прибудет через несколько часов, — сказал Адриан.

— Если Анкинон снова спрячется, они объявят всех жителей повреждёнными носителями и начнут искать. Если откроется, потребуют передать город под временное управление.

— Есть третий вариант.

— Конечно.

— Почему вы говорите так, будто уже знаете его?

— Потому что ты всегда произносишь эту фразу раньше, чем находишь решение. Вито хотел возразить, но понял, что это действительно так. Когда-то отец называл третий путь красивым именем страха выбрать. Потом Вито превратил поиск альтернативы в доказательство собственной ценности. Теперь ему предстояло найти не решение, которое сделает его незаменимым, а пространство, где другие смогут выбрать сами. Дверь стала прозрачной. Рейн стоял снаружи.

— Совет собирается через семь минут. Вито машинально приготовился к знакомому внутреннему толчку. Семь минут были просто временем, но тело услышало в числе обещание прежней способности.