Глава 4

 

После выхода из разлома наша дружная компания тут же отправилась в ближайшую медицинскую клинику. Слишком много курсантов получили неприятные ранения, а двое из них, действующие в составе группы лейтенанта Васильева, и вовсе были на грани смерти. Благо помимо восстанавливающих и лечебных зелий у меня было и одно компенсирующее кровопотери. Повезло, что я не влил его Анисиму после ранения. Вовремя заметил, что тому неплохо помогает и стандартное зелье.

Конечно же, я мог оставить присмотр за ранеными на кого-нибудь другого и вместо этого отправиться в разлом, чтобы изучить его на предмет чего-то ценного и интересного. Однако, оглядев уставшие и поникшие лица соратников, решил остаться. Вряд ли кто-то из них в подобном состоянии смог бы оказать пострадавшим лучшую помощь, чем я. Да и над своим авторитетом в отряде тоже нужно работать. Его никогда не бывает много. Хотя, если судить по отношению Николая и парочки других курсантов, то он после произошедшего и так находится на весьма существенной высоте.

Недовольными взглядами меня буравили лишь трое из присутствующих. Сержант, которого я отправил в беспамятство после лечения, сопровождавший его курсант, а также, что неожиданно, Павел.

«А этому-то я чем мог не угодить? – с недоумением думал я, незаметно разглядывая мужчину, пытающегося казаться спокойным и безмятежным. – Злится на свою беспомощность? На то, что моё неожиданное появление позволило всех спасти? Что молодому новичку за один поход в разлом удалось стать существенной фигурой в отряде? Или на то, что, оставаясь здесь вместе со всеми и продолжая сохранять жизни тяжелораненых, я зарабатываю дополнительное уважение? Очень даже возможно. Но чем ему грозит моё возвышение? Неужели Павел метит на место заместителя командира? Или вообще надеется в дальнейшем стать лидером? Блин! Ну, вот так всегда! Даже в столь небольшом и молодом коллективе, созданном в общих жизненно важных интересах, находятся те, кто борется за власть».

Лишь передав раненых курсантов целителям, я наконец получил возможность переговорить с заполняющим какие-то бумаги Фёдором Фёдоровичем. Из разговора я выяснил, что он ещё не доложил о закрытии разлома и даже не собирается вызывать добытчиков. Лисы и вправду считались весьма слабыми и, если так позволено выразиться, нищими монстрами, с которых ничего особого не возьмёшь, а времени на разделку потратишь изрядно. Поэтому добытчиков предпочитали отправлять на более денежные объекты.

«Странно, что эти слабые монстры чуть не перебили большую часть отряда», – подумал я, а лейтенант несколько раздражённо произнёс:

– Да плевать мне на эти камни! Многого ты там не найдёшь. Только время зря потратишь! Уж поверь моей интуиции. Сегодня у нас всё было не как у людей! Добыча тоже не порадует. Правильно говорят: первый блин комом.

– Вы это серьёзно? – уточняю я.

Для меня подобное отношение к ресурсам выглядит очень странным.

– Более чем, – кивнул мужчина. – Не до добычи. Других проблем сейчас полно. Нужно как минимум придумать правдоподобную историю, которая легализует ранения парней. Нельзя указывать, что не сдавшие зачёты курсанты были в разломе. За подобное меня по головке не погладят…

Телефон в руке офицера зазвонил, и он, извинившись, его поднял.

Судя по ушедшей с лица тревоге и расправившимся плечам офицера, с легендой про травмы курсантов ему помогут.

Выйдя из клиники, я забрал вещи из автобуса и позвонил своему водителю. Сергей оказался свободен от заказов и довольно быстро приехал за мной.

– Я уж думал, случилось чего! – после взаимных приветствий воскликнул он. – Пропал мой клиент куда-то! И тишина!

– Был занят. Сам понимаешь, чем ближе начало курсов, тем больше у меня всяких дел, – пожал плечами я. – Лучше расскажи, что интересного произошло за время моего отсутствия…

За обсуждением последних новостей мы доехали до уже знакомого мне разлома, а затем, войдя внутрь, я активировал технику «глаза волка» и принялся за дело.

Скоро выяснилось, что добытчики и лейтенант Васильев оказались правы. С тридцати двух трупов лисиц я взял всего лишь семь белых камней. Всё! Больше ничего ценного и полезного не было.

Не удовлетворившись столь скромным результатом, пробежался по территории разлома и в одной из низин вдруг обнаружил несколько маленьких кустиков неизвестных желтоватых ягод, в которых было сконцентрировано большое количество энергии.

Быстрая проверка показала, что плоды светятся едва ли не ярче, чем собранные жемчужины, поэтому я довольно потёр руки, предчувствуя скорое обогащение.

Уже протянув руку, чтобы сорвать ягоды, я провёл повторную проверку и обнаружил, что едва заметные потоки энергии текут как в листочках, так и в стеблях, поэтому передумал заниматься вандализмом. Вместо этого достал из рюкзака пять плотных пакетов, верный нож и, напитав его духовной энергией, принялся за осторожное извлечение неизвестного растения вместе с частью почвы. Мне показалось, что в таком виде оно должно стоить гораздо больше. Его и посадить можно, и при необходимости снять свежие ягоды.

Также недалеко от выхода из разлома я вдруг обнаружил странный, переливающийся радужным светом мох, который в обычном зрении ничем не отличался от того, что рос рядом.

«Ещё одна редкость?» – порадовался я и, перетащив всё найденное в автомобиль, сфотографировал находки и отправил Петру Макаровичу Сизину, специалисту службы тыла и выбившемуся в небольшие начальники простолюдину, с которым у нас сложились взаимовыгодные отношения.

Не желая зависеть от одного источника информации, отправил фотографии растений и Никите Шмыгалёву – частному скупщику ингредиентов. После пары проверок выяснилось, что товар он покупает по вполне актуальной цене. Даже несколько завышенной, если сравнивать со службой тыла кадетского корпуса.

Пётр Макарович, как это бывало и раньше, трубку не взял, а вот его конкурент перезвонил сам и довольно быстро.

– Здравствуй, Гордей! – поздоровался он и тут же перешёл к делу. – За один куст даю тридцать тысяч. Сколько их у тебя? Когда привезёшь?!

– Привет, – отозвался я, удивившись столь высокой цене и, покосившись на растение, схитрил, – маловато будет. Или ты думаешь, я в разломах все кусты подряд выкапываю?!

Мужчина некоторое время помолчал, а затем произнёс:

– Максимум могу накинуть по две тысячи за каждый куст. И то, если их не менее трёх.

Не успел я дать ответ, как увидел звонок от Петра Макаровича.

– Никита. Перезвоню.

– Здравствуй, Гордей! – услышал я довольный голос Сизина. – Ты не устаёшь меня удивлять! Где нашёл ягоды желтовника?

– Где нашёл, там уже нет, – ответил я, пытаясь вспомнить, читал ли что-нибудь об этом растении. – За сколько возьмёте?

– За каждую ягоду дам триста рублей. Куст, – тут мужчина задумался, – пусть будет ещё двести.

– Так мало?! – изумился я, вспоминая примерное количество плодов на одном кусте.

Мужчина усмехнулся.

– Предложение у тебя, конечно, редкое. И если бы оно поступило месяц назад, то я бы не поскупился, но за эту неделю нам их приносили уже дважды. И те, кто был готов выложить круглую сумму, это сделал. Рынок. Что тут поделаешь?

– Понял. Спасибо за консультацию, – сказал я и, спохватившись, добавил: – А мох? Мох почём возьмёте?!

– А на хрена он мне? – изумился мужчина. – Я думал, ты его по ошибке скинул!

– Ну как же?! – произнёс я, размышляя, как объяснить его необычность, виденную мной с помощью специальной техники. – Он какой-то странный. Думал, это что-то редкое.

– Забудь, – усмехнулся Сизин. – Мох, он и есть мох. Его везде навалом! И ничего необычного в нём нет и быть не может! Уж я бы знал.

– Ясно… – протянул я. – Спасибо за консультацию.

– Не за что, – добродушно ответил мужчина. – Если попадётся что-то интересное, звони.

Вновь набрав Никиту, я договорился с ним о продаже пяти кустов ягод. Мох и его не интересовал, но я всё же сумел условиться о проверке. Затем отвёз заказ, получил причитающиеся мне сто шестьдесят тысяч наличкой и, пообещав довольному покупателю заезжать почаще, отправился в центр подготовки.

«Видимо, у Петра Макаровича устаревшая информация и ягодами запаслись не все желающие, – размышлял я о разнице в предлагаемых мне деньгах. – Или всё дело в моей предусмотрительности? Возможно, кто-то заказал у Никиты именно кусты».

Войдя в блок, я тут же встретился с расстроенным соседом.

– Чего нос повесил? – первым делом спросил я и, посерьёзнев, добавил: – Неужели у нас потери?

– Нет, – покачал головой парень. – Если не считать моей надежды на скорый поход в разлом.

– Разве Васильев сказал, что мы никуда не пойдём? – приподнял бровь я. – Вроде когда я видел его в последний раз, он был настроен по-боевому.

– Ничего не говорил. Сказал, что сегодня залечиваем раны, а завтра утром встречаемся снова, – приободрился Александр. – Про отказ от походов это я сам подумал. Исходя из количества раненых.

– Ясно. На какое время назначен сбор? – задал я новый вопрос.

– На десять, – ответил парень, – сразу после возвращения основного числа раненых из клиники.

«Это хорошо, – подумал я с удовлетворением. – Значит, сегодняшний вечер у меня свободен. Можно будет наконец съездить к Полине, передать ей информацию о новых наблюдателях, а также переговорить с Левенши и Носиковым. Парни тоже наверняка изголодались по общению».

– Александр, – обратился я к соседу, доставая из рюкзака мешочек с найденными в лисах жемчужинами. – Дело есть. Отнеси-ка Васильеву вот это. Здесь шесть камней. Седьмой я взял себе для оплаты внедорожника, сопровождавшего меня к разлому.

– Ну, хоть какое-то развлечение, – с проснувшимся интересом произнёс он, изучая извлечённые из монстров камни, а мне в голову пришла неплохая идея.

– Если лейтенант всё же решит отменить поход в разлом, то ты всегда можешь составить компанию мне. Надеюсь сходить туда ещё раз до начала курсов.

«Заодно проведу эксперимент и проверю, как моё тело наполняется духовной энергией, если в разломе будет двое человек, а не четырнадцать».

– Ты уверен? – спросил Александр с сомнением. – Я слышал, что сегодня лишь чудом не было трупов. Нас двоих просто сметут.

«Похвальная предусмотрительность», – отметил я ещё одно положительное качество потенциального члена своей звезды и перед тем, как отправиться в комнату, произнёс:

– Советую уточнить у парней, кто именно убил или ранил основную часть монстров…

Приведя себя в порядок и дозвонившись до всех нужных людей, я отправился к Клименковой. Резиденция главы небольшого, но гордого отряда наёмников выглядела точно так же, как и несколько дней назад. Правда, на этот раз охраны на территории дома не было.

Не ощутив опасности, перемахнул через забор, метнулся к открытой двери и беспрепятственно вошёл внутрь. Прогулка по дому подтвердила ощущения. Помимо главы отряда здесь больше никого не было.

«Или она специально отослала остальных подальше, чтобы не провоцировать конфликт, или наёмники действительно загружены работой. Хотя, может, из соображений безопасности? Вдруг я решу убрать свидетелей? Впрочем, зачем гадать? Сейчас и узнаем!» – подумал я, укрепляя на себе «щит воли» и снимая «отвод глаз», после чего постучал в дверной косяк рабочего кабинета Клименковой.

– Добрый день, Полина Сергеевна.

– Здравствуйте, Гордей Романович, – ничуть не удивилась моему внезапному появлению женщина и, встав со своего места, указала на стул напротив: – Прошу. Присаживайтесь.

«Насторожена. Напряжена. Недовольна как «непреложным обетом», так и соглашением, заключённым со мной под угрозой смерти. Выполняя задачи, не знает, чего ожидать от нанимателя, и это её гнетёт, – прочитал я взгляд готовой ко всему женщины. – Впрочем, неудивительно. Не знаю, как бы сам вёл себя, потеряв часть свободы. Ей определённо нужно время, чтобы свыкнуться со своим новым положением и понять выгоду от работы на меня. Надеюсь, она на это всё ещё способна».

– Как у нас дела? – желая отвлечь женщину от не самых приятных мыслей, спросил я.

– Не так хорошо, как хотелось бы. Но и не так плохо, как должно быть, – сухо ответила она, а затем пояснила свою мысль: – Слишком мало прошло времени с момента постановки задачи. Объектов слежки много. Но мы работаем.

Открыв верхнюю полку своего стола, Клименкова достала из неё несколько простых картонных папок.

«Артём Сёмушкин, Питер Данцев, Эрик Лерссон», – прочитал я надписи на них и, взявшись за первую, произнёс:в

– Также я попрошу вас добавить в список ещё пару имён.

– При всём уважении, – тщательно скрывая раздражение, произнесла Полина Сергеевна, – но вы должны понимать, что я не сказочная ведьма и у меня нет под рукой комитета государственной безопасности! Люди и так работают не покладая рук. С большим количеством объектов мы просто физически не справимся! Если только вы не позволите расширить временные рамки!

– Или увеличить количество наёмников в вашем отряде, – голосом змея искусителя произнёс я и достал из внутренних карманов ветровки несколько плотных конвертов. – Здесь девяносто тысяч. Используйте их, чтобы премировать личный состав отряда и нанять новых специалистов.

Жестом фокусника Клименкова смахнула конверты в полку стола. Из её позы ушла скованность: плечи опустились, лицо посветлело, а в глазах отголоски апатии и хандры сменились облегчением.

«Плохо, когда глава моей службы разведки не уверена в завтрашнем дне и в своем руководителе. С таким отношением к делу она много не наработает. Ей нужно думать головой, ставить задачи, убеждать подчинённых, а не предаваться хандре. Хорошо ещё, что я это предусмотрел и сработал на опережение», – подумал я недовольно и решил прояснить ситуацию.

– Полина Сергеевна, – произнёс я как можно более вкрадчивым тоном. – Понимаю, что выгляжу молодо, что конфликт, предшествующий нашему знакомству, и последовавшее за ним принуждение к «непреложному обету» заставляют вас относиться ко мне предвзято. Сомневаться в намерениях и ответственности, в том числе по оплате ваших услуг. Но поверьте мне, не стоит совершать ту же ошибку, что и предыдущий глава вашего отряда. Как вы помните, это привело его к гибели.

Заметив, как Полина Сергеевна подобралась после этих слов, продолжил:

– Советую вам воспринимать меня всерьёз. Я понимаю, что делаю, для чего мне это нужно, знаю цену деньгам и той работе, которую вы выполняете. Так что и относиться ко мне следует соответственно. Надеюсь, этот транш несколько снимет напряжённость в коллективе и вы будете более уверенно смотреть в завтрашний день.

– Я не могу, – покачала головой женщина и пояснила: – Я обращаю внимание на то, с какой скоростью вы, Гордей Романович, обзаводитесь новыми могущественными врагами. И это пугает. А сегодня вы прибыли со списком очередных недоброжелателей.

– Глупости, – отмахнулся я от её заявления. – На моём месте может оказаться любой безродный курсант. Тут никакого таланта и не надо. Просто у меня, в отличие от других, есть средства для успешного сопротивления. Поэтому вы сейчас и загружены работой.

– Если всё дело в обучении, то, может, вам не стоит оставаться на курсах? Насколько мне известно, обязательные зачёты вы сдали, – произнесла Полина Сергеевна.

– Вы что, тратите ресурс, собирая информацию обо мне? Вместо того, чтобы сконцентрироваться на целях? – нахмурился я.

– Эти сведения были получены ранее. Все люди работают по вашим объектам! – быстро произнесла женщина и поспешила сменить тему: – Просто я действительно не понимаю! Зачем подвергать свою жизнь опасности? Аристократы вас в покое не оставят!

– Мой долг перед корпусом егерей не погашен, – ответил я. – Пока я этого не сделал, мне придётся либо учиться на курсах, либо отправиться служить в менее перспективное место. Кроме того, там дают отличные знания, которые мне обязательно понадобятся в разломах. Да и нужными знакомствами, как бы вы их ни трактовали, я тоже обзавожусь. Это весьма важная часть обучения.

– Есть куда более безопасные способы получить подобные знакомства, – помимо воли улыбнулась женщина, а затем серьёзным тоном закончила: – Для обычного человека смертельно опасно заводить даже одного врага из благородного сословия. Вы же такой мелочью не ограничиваетесь. Словно стремитесь привлечь к себе как можно больше внимания.

– То ли ещё будет! – ответил я, понимая, что скоро меня ждут по-настоящему трудные деньки.

В кабинете на некоторое время повисла тишина, которую я решил прервать:

– Возвращаясь к нашему разговору. Полина Сергеевна, давайте я ещё раз всё проясню. «Нерушимый обет» ни в коем случае вас не ограничивает. Я не собираюсь становиться вашим «господином», который регламентирует жизнь, постоянно влезает со своим особо ценным мнением и принимает волюнтаристские решения. Я прибег к данному ритуалу в первую очередь из интересов безопасности. Кроме того, с пленными наёмниками надо было разобраться быстро и эффективно. Я вполне мог бы убить вас всех, чтобы потом не тратить своё время на, как минимум, подобные объяснения.

В очередной раз проследив за тем, как женщина каменеет, продолжил:

– Однако я посчитал такие действия негуманными. И решил не только спасти несколько жизней, но и обзавестись источником информации, которому я бы смог всецело доверять. С формальной точки зрения я, конечно, являюсь человеком, стоящим над вами и имеющим возможность отдавать любые приказы, но на практике желания этим злоупотреблять у меня нет.

– В самом деле? – не сдержалась женщина.

– Это было бы весьма глупо. При таком подходе очень скоро вы бы остались одна, а ваши люди разбежались бы по другим отрядам. Нужно ли мне это? Нет! Мне необходима информация, и я готов платить за неё достойные деньги. Более того, я заинтересован в нашем взаимовыгодном сотрудничестве. Хочу, чтобы вы, Полина Сергеевна, становились сильнее, влиятельнее и богаче, чтобы люди хотели на вас работать, и, соответственно, качество добываемой вами информации становилось всё выше.

– Мягко стелете, Гордей Романович, – посмотрела женщина мне в глаза. – Спать не жёстко будет? Где гарантии, что через несколько лет работы, когда я всё организую, меня не выпнут пинком под зад?

– А зачем менять успешного управленца, доказавшего профессионализм, на кого-то другого? Чтобы что? Да и на кого? – вопросом на вопрос ответил я.

– На более верного человека, к примеру? – предположила Клименкова.

– А разве вы можете меня предать? – приподнял бровь я.

Спустя несколько секунд она отрицательно покачала головой, а я нейтрально произнёс:

– Вот именно. Значит, и менять вас будет незачем. Впрочем, я не призываю вас мне доверять. Пройдёт время, мы к друг другу присмотримся и вы сами всё поймёте. Я в этом не сомневаюсь.

Отмечая то, что женщина всё ещё беспокоится, я решил показать ей перспективу развития наших отношений и ещё больше замотивировать.

– И ещё. Если вы проявите себя достойно, то через пару лет я готов изменить текст «непреложного обета» и убрать все пункты, кроме тех, что касаются непричинения вреда мне и моим близким.

Глаза женщины полыхнули интересом, отзываясь на столь заманчивое предложение.

– Это возможно? И вы на это пойдёте?

– Да. На оба вопроса, – кивнул я. – Почему-то мне кажется, что за несколько лет совместной работы мы превратимся в соратников и надобность в подобной страховке пропадёт.

– Будем надеяться, – произнесла женщина, позволив себе лёгкую улыбку, и уточнила: – Так какие фамилии мне нужно внести в свой список?

Некоторое время я пересказывал Клименковой историю моего знакомства с наблюдателями в лице баронов Твердова и Лугового, а также рыжеволосой Алисы и покровителя, к которому она бегала на доклад.

– Хотите выяснить, какой род скрывается за титулом маркиза? – уточнила женщина.

– И для кого такой человек мог бы собирать информацию, – добавил я.

Моё замечание Клименковой не понравилось. Покачав головой, она сказала:

– Не уверена, что моим парням удастся это сделать. Они, конечно, умеют отслеживать объект и его контакты, однако работа с аристократами, их целями, предпочтениями и союзниками – это высшая лига. И ладно обычные бароны! С ними ещё кое-как можно работать! Но маркиз! Это весьма серьёзный противник с мощной родовой дружиной! Как бы нам из охотников не превратиться в дичь.

Не услышав от меня возражений, Полина Сергеевна продолжила:

– Так что у меня просто нет людей с нужными компетенциями. Отряд всегда специализировался на иных задачах!

– Не вижу ничего невозможного, – покачал головой я. – Нужен человек, который будет собирать информацию из открытых источников и обрабатывать её. Газетные статьи, видеозаписи и прочее. Там можно подчерпнуть много интересного. Кроме того, судя по переданным мне папкам, частично вы так и работали. Верно?

– Да, – кивнула женщина. – Приходилось делать это самой в перерывах между работой. Сведения скудные, но они есть…

С Полиной Сергеевной мы общались несколько часов, обсуждая как добытую её людьми информацию, так и дальнейшие шаги по совершенствованию отряда и необходимые на это средства.

Обсуждение прервал прибывший к воротам автомобиль, в котором обнаружилась пара знакомых мне баронов.

Левенши и Носиков выглядели весьма скверно. При взгляде на их зеленоватые и одутловатые лица складывалось впечатление, что они пили не просыхая с момента нашего расставания.

Видимо, подчинённое положение по отношению к какому-то простолюдину стало слишком серьёзной нагрузкой на их неокрепшую психику.

– Перестаньте скулить! – поморщился я, выслушав парней. – Где ваша родовая гордость и самоуважение? Где желание выжить, несмотря ни на что?! Да вы жилы рвать должны! Чтобы после моей, возможно, скорой смерти суметь воспользоваться плодами свободы!

Ещё недавно смотрящий на меня с яростью Леон с недоумением спросил:

– Что?! Какой смерти?!

– Самой обычной! – ответил я, замечая разгорающийся огонёк интереса в глазах парней. – Все мы люди и все мы смертны! Велик шанс, что когда-нибудь умру и я. При зачистке особо сложного разлома, к примеру. Что тогда вы будете делать? Пугать людей своими спитыми рожами?!

Немного приведя парочку в чувство и заставив их выпить по две чашки обжигающе горячего кофе, я велел им рассказать о себе. Перед тем, как очертить перед ними круг задач, хотелось понять, с кем именно мне предстоит работать.

Первым слово взял Леон – лидер их небольшой группы.

К нашему с Полиной изумлению, он оказался главой малого рода. Правда, он стал им относительно недавно, сразу же после смерти отца, оставившего двадцатилетнему сыну не только заботы о матери и троих сестрах, но и многочисленные долги.

Хорошо хоть покойный барон Левенши, помимо всего прочего, был неплохим магом и бойцом, поэтому, когда не находился в алкогольном угаре, обучал различным премудростям как молодого Леона, так и его лучшего друга и одноклассника Алексея Носикова – младшего сына в многочисленном и бедном роду.

– Значит, вы решили, что служба в корпусе – это ваш единственный шанс разделаться с долгами и подзаработать? – сделал вывод я.

– А что? Для таких, как мы, есть ещё варианты? – огрызнулся Леон. – В нашем небольшом городке все сферы влияния уже давно поделены! Попробуешь заняться чем-то денежным – и сразу начинаются конфликты! Правда, была возможность стать наёмниками, но у егерей и заработок выше, и статус.

– Теперь понятно, почему вы решили обдирать богатых простолюдинов вместо того, чтобы идти в разлом. Тебе есть, о ком заботиться, – произнёс я, нащупав слабость молодого барона. – Только вот вам всё равно рано или поздно придётся столкнуться с монстрами.

– Знаю, – опустил голову Леон. – Корпус выкупил мой долг в обмен на службу. Так что особого выбора нет.

– Сколько? – заинтересованно спросил я.

Парень помялся, а затем поднял голову и с вызовом посмотрел на меня:

– Семь миллионов рублей!

Услышав ответ, я заметил:

– Нормально. С этой суммой можно работать. Полагал, что твой долг гораздо больше.

– Нормально? Нормально?! – взорвался барон. – Да ты знаешь, сколько времени мне нужно будет, чтобы просто выплатить его? Лет двадцать, не меньше!

– А вот тут ты ошибаешься, – произнёс я и, словно не замечая налившихся кровью глаз Леона, добавил: – Мне понадобилось всего три недели активной работы, чтобы рассчитаться с долгом в четыре сотни тысяч.

– Но это невозможно! – отмёл мои слова Леон.

– Возможно всё! – остановил его я. – Скажу больше! Для закрытия части долга мне даже не понадобилось вносить свои честно заработанные средства. Хватило трети, которую с меня списал корпус.